Ловцы душ [сборник litres]

– Много, – ответил он наконец.

– Слышал, что альмосунартии вам частенько помогают…

– Ага, – оживился стражник. – Ото забрали как-то троих, чтобы их вылечить.

– Удалось?

– Да откуда знаю? – пожал он плечами.

Я заметил, что Риттер внимательно за мной наблюдает. Интересно, понял ли он уже, что мы пришли сюда вовсе не для того, чтобы искать родственника моего приятеля?

Мы спустились в подвал, и первое, что я почувствовал, был отвратительный смрад. А сразу после этого – услыхал крики, поскольку безумцы поняли, что кто-то явился в их мир. Я шел коридором, вдоль зарешеченных каморок, а стражник услужливо присвечивал мне факелом.

Риттер был прав, когда вздрагивал от одного воспоминания об увиденном в доме умалишенных. Эти люди были словно звери. Грязные, порой нагие и израненные, воющие, дергающие за решетки. Какой-то мужчина бился лбом о каменный пол, другой сидел посреди каморки и, воздев лицо к потолку, безнадежно и непрерывно выл. Обнаженная женщина прижималась к металлическим прутьям и звала: «Возьми меня, возьми меня, возьми». Кто-то стоял на четвереньках и жрал из щербатой миски объедки, а увидев нас, начал ворчать, как пес: сердитым злым клекотом, что зарождался в глубине глотки.

Внезапно, когда мы проходили мимо одной из камер, к решетке припал старичок с исхудалым лицом и залепленной грязью бородой.

– Милостивый государь! – позвал он совершенно нормальным голосом. – Если позволите на одно словечко…

Я задержался.

– Я здесь по ошибке, – произнес он жалобно. – Прошу вас вытащить меня отсюда.

Я поглядел на стражника. Тот усмехнулся в усы.

– На улицах столько безбожных женщин, Роберт, – сказал. – Смеются над мужчинами, жаждут с ними прелюбодействовать, раздвигают перед ними ноги…

– Убью их всех! – голос старика настолько изменился, что я не смог бы его узнать. Теперь он был преисполнен отвращением, яростью и ненавистью. – Порежу их грешные тела, выпущу кишки, распну их живьем… – поток слов сменился клекотом.

Старик дергал за решетку, а в глазах его теперь было лишь безумие.

– Убил несколько девок, – пояснил стражник. – Но он – двоюродный брат одного из городских советников, оттого его не казнили, а заперли здесь…

Мы добрались до конца коридора.

– Нашли, господин, кого искали?

Я покачал головой:

– Увы. Можем уходить.

Когда он затворял укрепленную железом дверь, я решил вернуться к предыдущим вопросам.

– Те альмосунартии, о которых ты говорил. Они приходят, забирают – и все?

– Нет, господин. Указывают, кто им нужен, и тогда нужно его умыть, переодеть, – а забирают вечером.

Я вынул из-за пазухи золотой дублон, одну из монет, полученных от Зарембы, и покрутил в пальцах. Золото блеснуло в свете факела, а жажда заполучить его засияла в глазах стоявшего рядом мужчины.

– Когда появятся, чтобы кого-то забрать, ты сразу же дашь мне знать, – приказал я. – И тогда получишь вторую такую же. Отправишь весточку в «Императорские Удобства» – для мастера Риттера. Понял?