Где не светят звезды

Мальчишка застыл на месте, медленно обернулся и, точно готовясь извиняться, поднял глаза на Хэллхейта, когда тот подошел.

— Ваше величество, я не украл… — замямлил он, пряча кулек за спину. — Я относил обед вашему отцу, и генерал Пендрог сказал, я могу забрать остатки. Запеченных курликов очень сложно найти на рынке и…

— Где он?

— Ваш отец? — удивился мальчуган, с любопытством поглядев на Дафну. Она улыбнулась, надеясь, приободрить его, но, похоже, еще больше напугала. Мальчик опять опустил глаза.

— Нет, где Кинир? Слишком много мне говорят о нем сегодня.

— Генерал был с вашим отцом в малой библиотеке, когда я принес обед.

— И о чем они говорили?

— Это дурной тон, подслушивать чужие беседы, ваше величество. Я не…

— Но ты ведь не подслушивал, ты нехотя слышал, проходя мимо, верно, Имоджен? — глаза мальчишки блеснули, когда он понял, что наследник знает его по имени. Лир присел на корточки, оказавшись лицом к лицу с ним и, смягчившись, продолжил: — Я официально разрешаю тебе вернуться на кухню взять любую еду, какую захочешь и сколько сможешь унести, если скажешь мне сейчас, что обсуждали Кинир с моим отцом.

Имоджен уставился на Лира, теребя заштопанный ворот рубахи. В коридоре, помимо них троих, по-прежнему никого не было, и мальчик явно раздумывал, накажут ли его, если он просто убежит.

— Они ничего не обсуждали, ваше величество, — признался он. — Они молчали. Совсем. Они всегда молчат, Кинир лишь отдает мне приказы и больше не произносит ни слова.

Лир с Дафной переглянулись. Это было по меньшей мере странно. Дворец пустует, Кинир рассказывает всем выдуманную историю о героизме Лира, а теперь, оказывается, еще и раздает указы от имени Крейна? В голову Даф снова закралась мысль: не был ли Кинир новым орудием в руках тех, кто стоял за Хорауном и Смероном?..

— Но я ведь все еще могу взять еду? — испугался Имоджен, увидев полные сомнений лица Дафны и Лира.

— Я не забираю назад данных обещаний, — кивнул Лир, поднявшись на ноги. — Вперед.

Обрадованный мальчишка бросился обратно на кухню, и через пару секунду за дверью загрохотали кастрюли.

— У тебя талант к переговорам, — заметила Даф.

— Если бы все переговоры можно было решить парой запеченных курликов, — невесело усмехнулся в ответ Лир.

На втором этаже дворца портьер было еще больше, а света еще меньше, и воздух казался таким застоявшимся, что хотелось тут же открыть окно — что, собственно, Хэллхейт и сделал. Солнечные лучи хлынули внутрь, и мелкие частички пыли заискрились на коврах. Даф заметила паутину в углу и рассыпанные кем-то цветочные лепестки, уже превратившиеся в сморщившийся гербарий.

— Думаешь, Кинир как-то связан с отсутствием Крейна? — спросила она, рассматривая огромные картины на стенах: сцены легендарной битвы первых жителей Да’Арии с демонами Хаоса.