Свет и Тень. Разговоры с Джимми Пейджем

Вместе с Эриком и Джеффом Yardbirds были первой гитарно виртуозной рок-группой. На твое решение войти в группу повлияло знание, что ты тоже будешь сиять там?

Я не думал в этом ключе. Мне было очень интересно, я уже доказал свою состоятельность как гитарист, работая в студии и выступая с Crusaders. Меня возбуждала идея того, что мы с Джеффом можем получить реальный шанс исследовать возможности группы с двумя гитарами. Мы обсуждали исполнение гармонических линий и аранжировку партий, которые бы стали рок-аналогом секции духовых или саксофона эпохи биг-бэндов. Ничего подобного не было. Ближе всего к реализации наших взглядов мы подобрались на треке “Happenings Ten Years Time Ago”.

Оглядываясь назад, понимаешь, что идея получилась реально здравой, но группы и управленческой политики не существовало. Я пошел туда на зарплату, числился новым парнем и должен был поменьше говорить о чем-либо. Джим Маккарти как-то заметил, что я так отчаялся сбежать из студии, что если бы надо было, то играл бы и на барабанах. Думаю, это чуток преувеличено, но, скорее всего, он прав. Ведь факт, что меня считали одним из лучших гитаристов в Англии, а я сбегал из студии, чтобы играть на басу.

Правда, это было не так просто, как кажется. Мне надо было заменить Сэмвелл-Смита, признаваемого одним из лучших басистов на всей музыкальной сцене. И есть еще одна важная вещь для понимания Yardbirds и того, насколько крутой была их ритм-секция. Послушайте альбом “Five Live Yardbirds”, там просто ад сколько всего происходит между Полом и Джимом. Они были исполнителями, которые реально создавали то, что люди называют чумовыми сейшенами. Там, где группа медленно подбираются к точке, когда они начинают звучать как-будто собираются взорваться.