Охотники на людей: как мы поймали Пабло Эскобара [litres]

Не помню остальные подколки, которыми проводили меня сослуживцы, но в зоне погрузки я понял, чему они завидовали. Я поймал свое отражение в стеклянной двери и к голубому «Шевроле Эс-Эс» подошел с самым мужественным видом, на который был способен. За рулем сидела невероятно красивая женщина. Это была Конни, дипломированная медсестра с чудесным загаром и длинными волосами. Как и я, она недавно развелась и работала в ночную смену – в травмпункте отделения скорой помощи в больнице городка Миртл-Бич. Свободное время Конни проводила на пляже, где и загорела как шоколадка.

Мы начали встречаться, и я узнал, что она отлично разбирается в автомобилях и мотоциклах. То, что у нее тоже был мотоцикл, делало ее более привлекательной в моих глазах. Я любил приключения и острые ощущения, так что просто не мог не влюбиться в женщину на мотоцикле.

Интересом к машинам и мотоциклам Конни заразилась от двух старших братьев и отца-механика. Конни всегда водила чудесные спортивные автомобили, такие как «Шевроле Эс-Эс» и «Шевроле Айрок», которые, пожалуй, можно отнести к маслкарам. И умела обращаться с гаечным ключом, что вдохновляло и притягивало! Как-то я вернулся домой, а она устанавливала в изящный «Камаро Зет-28» новые колонки. А ведь для этого нужно было снять приборную панель – сам бы я на такое никогда не решился!

Конни любила свою работу, поэтому без труда распознала ту же страсть во мне. Я почти сразу выложил, что мечтаю о настоящей полицейской службе, создании сети информаторов и внедрении в банды с целью поимки преступников, особенно наркодилеров. Собственно, о месте специального агента УБН я начал мечтать раньше, чем узнал, что такая должность существует.

Еще до этого я читал статьи и книги о полицейских, которые внедрялись в преступные группы и организации. Мне это казалось трудной и определенно интересной задачей.

Опасность и разруха, которые приносили с собой наркотики, не давали мне спокойно спать. Я видел, как круто они меняли жизнь и личность зависимых людей, оставляя отчаяние и страдания взамен блестящих перспектив. Беда затрагивала и семьи, и друзей, и всех, кто был рядом.

США давно страдали от незаконного ввоза наркотиков, но до 1970 года федеральные власти не принимали решительных мер по созданию службы, единственной целью которой было уничтожение угрозы в лице наркоторговцев.

Для США незаконный оборот наркотиков – беда не новая. В 1930-х в страну начали ввозить героин с юга Франции. Сырьем для него служили опиумные маки, которые выращивали в Турции и на Дальнем Востоке и привозили в порт Марселя, один из самых загруженных портов Средиземноморья. Наркотики производили в подпольных лабораториях города, а затем корсиканские гангстеры и сицилийская мафия переправляли их в США по схеме «французский связной». По современным меркам тогдашние поставки героина из Марселя в Нью-Йорк можно назвать скромными. Первую крупную партию героина полицейские Нью-Йорка изъяли 5 февраля 1947 года у корсиканского моряка, вес ее составлял три килограмма.

Много лет спустя, когда наркотики заполонили страну и возросло число наркозависимых и преступлений на этой почве, конгрессмен-республиканец из Коннектикута забил тревогу. В апреле 1971 года член палаты представителей США Роберт Стил начал расследование по отчетам о росте числа наркозависимых среди военнослужащих, вернувшихся из Вьетнама. По данным отчетов, десять – пятнадцать процентов американских солдат пристрастились к героину.