Записки белого офицера

Простоявши в Бахмаче дней десять, Кирасирский полк и наш первый взвод были направлены для занятия Нежина. Спустя два дня после их ухода 2-й офицерский Дроздовский конный полк и наш второй взвод пошли на Чернигов. Первую ночь ночевали в деревне Комаровка, а на следующий день двинулись на железнодорожную станцию узкоколейной дороги Плиски—Чернигов—Бритоны, занятую дивизией червонных казаков. Это были красные украинские казаки, набранные из местного, бывшего когда-то казаками населения; эти части хорошо воевали. В Бритонах их уже не оказалось, они отошли в деревню Дремайловку, куда мы следом за ними двинулись. В Дремайловке произошел небольшой бой, и красные отошли к деревне Вересочь. Мы, было, попробовали преследовать их, но оказалось это невозможным, т. к. вся местность была болотистая и лесистая, весьма неудобная для кавалерийских боев. Переночевав в Дремайловке, на утро, оставив против деревни Вересочь заслон (шестой эскадрон), весь остальной полк и наш взвод пошли в обход. Шли все время лесом – удивительно красивые места. Около двух часов по полудни подошли к деревне N, где стояла одна из бригад червонных казаков, как раз производившая занятия перед деревней. Не выходя из леса, полку было отдано приказание развернуться и атаковать; наш взвод на карьере вылетел вперед и своей стрельбой подготовил атаку.

Картина была поразительная. Между лесом и деревней было приблизительно около двух верст; появление наших эскадронов, выходивших из леса, разворачивавшихся и на галопе шедших на деревню, привело в панику всю бригаду, которая почти не сопротивляясь отошла, но заметив незначительность нашего отряда, перешла в контратаку. У нас в распоряжении было пять эскадронов: один охранял тыл, два были посланы влево, один вправо с моим орудием, а один оставался на месте и при нем другое орудие. На них как раз повел атаку целый полк красных. Орудие наше стреляло на расстоянии полуверсты, а эскадрон перешел в атаку и сбил большевиков. В это время мое орудие с эскадроном подходило к большой почтовой дороге (шляху) Нежин—Чернигов, по которой двигалось около дивизиона кавалерии. Не будучи уверены, что это красные и предполагая, что это может оставленный заслоном эскадрон, продвинувшийся вследствие отступления большевиков, мы не стреляли, а послали разъезд для выяснения. Расстояние, нас отделявшее от остановившейся кавалерии, было меньше версты. Они тоже выслали разъезд, и мы с напряжением ожидали их сближения. Вдруг раздались выстрелы, и разъезды понеслись в разные стороны. Моментально я открыл огонь, а эскадрон пошел в атаку – большевики обратились в бегство, на них всегда действовала смелость нашей кавалерии, не считавшейся с числом противника и всегда первой атаковавшей.