Новый мир. Книга 5. Возмездие

— Вот же сукин сын, — пробубнил я себе под нос, с жалостью глядя на собаку.

Я сразу же вспомнил своего Мишку, которого я бросил на попечение Миро — и на душе сделалось неуютно. Достав из рюкзака флягу с водой и отвинтив крышку, я аккуратно подошел к собаке, шепотом успокаивая ее, но не забывая следить за натянутой цепью и рассчитывать дистанцию. Сблизившись ровно настолько, чтобы она едва-едва не могла пеня цапнуть (чем ближе я подходил, тем неистовей становился лай и нервный топот лап о сухой песок) я медленно повернул флягу, пустил вниз тонкую струйку воды. И лишь когда глаза собаки жадно замерли на живительной жидкости, льющейся на песок — я рискнул приблизить флягу так, чтобы пёс смог дотянуться до струйки жидкости. Мигом забыв обо мне, он жалобно заскулил и принялся лакать воду.

— Вот так, дружище. Попей как следует.

Дав бедному псу напиться, а затем угостив его еще и частью своего запаса провизии, я подошел к трейлеру. Теперь, когда лай утих, вокруг стояла тишина — лишь ветер шелестел песком. Томсон, скорее всего, был сейчас внутри. Первой моей мыслью было вломиться в трейлер силой. Однако это было слишком рискованно — если вдруг он в сознании, и держит дверь под прицелом, то я могу встретить весьма глупую смерть.

Так что вместо того, чтобы ломать дверь, я постучал в неё. Повторить стук пришлось неоднократно, прежде чем изнутри наконец донесся хриплый голос:

— А-ну пошли на хрен отсюда! Урою, с-суки!

— Мне нужен проводник! Бронсон!

— Я же сказал — на хрен пошел! Я сегодня не работаю! Пошел в задницу, сука!

— Мне сказали в баре, что ты не прочь подзаработать! Я заплачу как следует!

Долгое время внутри было тихо. Я уже начал думать, что он решил забить на меня, или просто заснул. И уже собирался было возобновить стук — но тут за дверью раздалось натужное сопение и звук отодвигаемой защелки. А затем дверь распахнулась.

С первого же взгляда я понял, что вижу перед собой того, кого и искал. Однако он имел мало общего с тем человеком, которого я знал. Выглядел Томсон лет на десять старше своего настоящего возраста. По сравнению с тем, каким бычарой и качком он был в Легионе, он сделался худым и пересушенным. Сосуды на руках были вздуты и выглядели нездорово, но бицепсы были уже не теми, что когда-то — скорее тень спортивного прошлого, нежели плоды регулярных тренировок.

С порога я ощутил вонь: вонь изо рта, какую может источать лишь очень нездоровый и нечистоплотный человек; вонь от нестираной, замызганной майки-алкашки на его теле и столь же грязных шортов, с въевшимися пятнами от блевоты; вонь от давно испорченных продуктов, которые хранились где-то в недрах трейлера.

Кроме множества складок и морщин, на лице Томсона было немало крупных пигментных пятен — один из множества побочных эффектов биостимуляторов. Глаза, как и прежде, непроизвольно дергались, словно при нервном тике. Однако в них больше не было видно сумасшедшей садистской злобы — лишь тяжелая угрюмая тяжесть и раздражение, словно у человека, находящегося в состоянии вечного тяжелого похмелья. Половина черепа оставалась лысой из-за ожога, полученного в Киншасе, но другую половину теперь занимали немытые, сальные седые волосы, явно не знавшие ни руки парикмахера, ни шампуня. Дополняла их неопрятная многодневная седая щетина на щеках, подбородке и шее, и такие же колючие седые волоски — на руках и груди.