Хор мальчиков

— Теперь я выросла, — повторила девушка.

«Я так и не доросла», — сказала Мария про себя, а вслух: — «Алиса» — это для взрослых.

— Почему вы сокрушаетесь, что какой-то книжки не было? У нас вообще ничего не было — ни яиц, ни кур, — напомнил Альберт. — Так и не знаю, что из них было раньше.

— Нет, не из них: написано, что раньше всего было — слово.

— Ну, это вас Митя научил.

Мария подумала, что если тот не вернётся, то и уроки позабудутся в конце концов и она невольно приобретёт новые привычки, освоит новый язык и чужие понятия о добре и когда-нибудь смирится с этим. И вечно будут Ирма, уверенная в том, что родит, и ребёнок Ирмы, и Бецалин с мифической женою, и она сама — без дочери.

— Было — слово… Только я не читала и этого, — проговорила Ирма.

— Поживёте с нами — научитесь, — пообещал Альберт.

— В этой дыре что-то не хочется ни учиться, ни оседать ни в каком качестве. Я ведь пробираюсь к мужу в Кёльн.

Бецалин неожиданно сник:

— Вот оно что. Кёльн, понятно, не дыра. А вы шутки шутите.

— Какие уж тут шутки, — вздохнула она. — Может получиться, что ехать будет некуда.

— Да в Кёльн же, — напомнила Мария. — И как же некуда, если ты — первая из нас, знающая, где окажется завтра.

— Окажется завтра… — повторил за ней Бецалин. — Можно позавидовать. Так вы уже побывали там, рассмотрели что к чему?

Растерявшись, Ирма только покачала головой: прошло немало времени, а она ещё не увиделась с мужем — не могла отделаться от ощущения дороги, словно так и ехала, и ехала, не глядя на карту и не слушая соседей по купе, напрасно твердящих, что впереди снежные заносы или наводнение и что путь надолго прерван.

— Я всё ждала, что меня вот-вот отправят как раз туда, я же подала заявление.

Мария замерла:

— Слушай, и в самом деле…

До сих пор Мария считала, что дела соседки идут хотя и неспешно, однако — своим чередом; теперь её впервые поразило очевидное: отчего же муж Ирмы Марк не примчался первым, едва узнав адрес?

— Вас тянут с запада, — продолжал Бецалин, — а отсюда, наверно, подталкивает очаровательная соседка, — так поезжайте, и тогда уже вы сами сумеете потянуть за собой Марию. Она только и ждёт такого… Однако я говорю лишнее. Не мне бы способствовать вам — наоборот, в моих интересах одно: помешать, чем и как только можно, потому что отпускать из города двух таких женщин — это против естества.

— Замужних женщин, — напомнила Ирма.

Мария не возразила, но и гость, способный её поправить, будто бы не услышал и продолжил:

— Глядишь, я бы за одну из вас и посватался.

Голос Ирмы стал недобрым:

— Вам не приходило в голову, что проще — удочерить?

— Тогда, — подхватила Мария, — и с женой не пришлось бы разводиться.

— Ах, жена, жена… Да с чего вы взяли, отчего — разводиться?..