Трусливый ястреб [litres]

После четырех таких жутких ночей я решил досрочно выйти из отпуска и вернуться во Вьетнам. Отпуск был катастрофой. Сначала Гэри приехал в Гонконг вместе со мной, но на второй день отправился в Тайбэй. Я слишком убедительно расхвалил ему женщин, которые там обитали, в то время как проститутки Гонконга оказались слишком опытными, слишком профессиональными и слишком дорогими. Реслер собрал чемодан и был таков. Я хотел последовать за ним, но когда я попытался купить билет до Тайбэя, мне отказали по причине того, что я был военнослужащим, и Гонконг значился местом моего отпуска, поэтому я не имел права покидать город. Я так и не понял, как Гэри миновал всю эту бюрократию, но в итоге я остался один.

У меня не было ни малейшего желания вызывать проститутку, я просто хотел поговорить.

– Люблю тебя, прием, – сказал я.

– Я тоже тебя люблю. Как ты? Прием, – ответила Пейшнс.

Ее голос слабо пробивался сквозь шипение и свист радиотелефонной связи.

– В порядке. Мне обещали, что меня больше не станут отправлять на боевые вылеты, когда я вернусь. Прием.

– Совсем?

– Так ска…

– Собеседник не сказал «прием», сэр.

– Ой, – произнесла Пейшнс. – Прием.

– Так сказал док, когда я улетал. Он сказал, что «Старатели» отправляют своих дембелей только на развозку задниц-и-хлама. Прием.

– Надеюсь, они сдержат свое слово. Прием.

– Сдержат, я уверен. Это не Кавалерия. Прием.

Я вслушивался в завывания и отголоски мешающих сигналов, подбирая слова. Пейшнс, мой сын Джек и моя семья стали призраками. Они тоже являлись ко мне в снах. Когда мы закончили разговор, когда ее голос растворился в шуме, тонкая нить, соединяющая меня с домом, разорвалась.

– Конец связи, – произнес я.

Вот так я и сидел на краю кровати после каждого ночного кошмара.