Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

— Ой все, Томми! — вскинул плащ к потолку Батлер. — Я тут причем? Я что — детский психолог? Позвони вон Лео — с ним покумекай! А лучше — просто поговори с пацаном и узнай, что его волнует! Только не навязывай свое, «взрослое» мнение! — нарисовал в воздухе эффектные кавычки Леонид.

— Бе-бе-бе! — даунским голосом передразнил его Том и стал приклеивать отлетевшую кукольную голову своего шефа обратно к телу.

— Очень по-взрослому, Томми, очень… — осуждающе помотал бородой Батлер, налил себе кофе и удалился, прихватив из холодильника банан.

Харди же еще минут пять недовольно кривил ебалом и бормотал что-то под нос, прокручивая про себя состоявшийся разговор. В таком настроении задуманная им кукла никак не получалась! Вместо уважаемого сержантом капитана Хэнкса выходил лишь его сын — Колин Хэнкс в маскарадном костюме полицейского. Тогда Том с психом отбросил все заготовки, вскочил с места и направился в комнату брата, с твердым намерением разобраться в его проблемах.

— Джейки, ты в норме? — заглянул Харди в спальню Джилленхола.

Ответом ему была тишина. Джейк же лежал на кровати, скрестив руки на груди и сверля раздраженным взглядом потолок.

— Эй, пиздюк! Давай побазарим, — вновь заговорил Том, войдя внутрь и усевшись на подоконник.

— Давай! Ну же, расскажи, как тебе тяжело живется, какой ты несчастный и как тебя никто не понимает! — глупо подскочил на кровати истеричка из шара.

— Ой, слышь! Хватит уже этих понтов, сука-бля! — выставил ладони вперед Том. — Хули ты начинаешь? У сержанта и правда есть кое-какие проблемы, но сейчас не об этом. Сейчас сержант намерен поговорить о том, что же беспокоит его младшего братишку! — спрыгнул он с подоконника, присел рядом на кровать и приобнял за плечи Джейка, решив включить в себе папашу.

— Ах, ну раз ты, сержант, соизволил, то конечно давай! Поговорим о проблемах его младшего братишки! — завизжал, словно синеглазая девка Джилленхол и дерзко задрал одну штанину до колена. — Вот, смотри! Как тебе такое? — приподнял он ногу и сунул брату под нос.

— Что за хуйня? — отпихнул от себя ногу Тому, нахмурившись. — Ты злишься что ли, сука-бля, за тот случай в тайге, пиздюк? Даже шрама не осталось!

— Ты думаешь я такой злопамятный, Томми? — фыркнул Джилленхол, пихнув Харди пяткой в плечо. — При чем тут вообще это?

Том лишь непонимающе развел руки в стороны, на секунду посочувствовав своему отцу, ведь, кажется, в переходном возрасте был не меньшим долбоебом, чем его брат, и наверняка не на шутку поебывал мозг.

— Ладно, проехали! — процедил парень из шара и с психом упал обратно на подушку, закинув оголенную ногу на вторую и нервно задергав ею.

— Сука-бля, заебал, пиздюк! — начал вскипать и Том, стандартно не понимая нихуя. — Расскажи нормально, что случилось!

— Не надо делать вид, что не знаешь! — вновь подскочил Джилленхол. — Ладно, блять! Строй из себя дальше идиота! Я-то объясню — мне не сложно!

— Хотелось бы, сука-бля, — вопросительно уставился на брата Харди.

— Ну, слушай, братишка! — вскочил Джейк ногами на кровать. — Я, решив, что уже достаточно взрослый и могу сам принимать решения, захотел сделать себе подарок на грядущий день рождения. Надеюсь, ты помнишь, что он у меня через несколько дней и не считаешь, что я должен положить на него хуй, также как ты на свой. Ну так вот, я подумал, чего бы я себе такого хотел… Хммм… Что-то взрослое и классное! И вот, когда мы с тобой отдыхали в Дубае, прохлаждались на пляже и ты мне рассказывал о своих татуировках, когда и почему сделал свою первую и все такое… Так вот, тогда я понял! Вот оно — то, что я хочу! Это же ебать как по-взрослому, и одновременно с этим круто! К тому же, Томми набил свою первую татуху в шестнадцать, уж мне-то к восемнадцатилетию точно можно. Даже и спрашивать не обязательно! Ведь братишка считает меня взрослым! Так я думал, ага! До сегодняшнего дня! — ткнул пальцем в нос Тому Джейк и оскалился.

— Что нахуй? — охуел хлеще некуда Харди, окончательно запутавшись в перипетиях пубертатных переживаний. Конечно, ты, в свое время, в собственных-то разобраться не мог, куда уж тебе до чужих! Зато строишь из себя… Пусть не папашу, но мудрого старшего брата. Завязывай, Томас! Хватит!

— Что нахуй? Серьезно, Томми? То есть ты не знаешь, что было дальше? — скрестил руки на груди Джилленхол, ухмыльнувшись. — Лааадно… Пусть так, пойдем дальше… Как видишь — татуировки у меня нет! — вновь продемонстрировал он голень. — Наверно, ты спросишь — почему? Хм… Даже и не знаю, как так вышло, но сегодня я объездил весь Сиэтл и побывал в каждом блядском тату-салоне! И не один! Не один мастер не смог набить мне партак!

— В смысле, сука-бля? — почесал лысину Том, рассматривая ногу брата.

— Это я у тебя хочу спросить — в смысле, Томми? — взорвался Джилленхол, схватил с кровати подушку и запустил ее в Харди. — Как ты это сделал? Тебе совсем заняться нечем, что ты объездил все партачечные и подговорил всех мастеров? Все как один, начинали мне набивать узор, который я просил, и все как один, изображая шок и непонимание, говорили, что ничего не выходит! Что за хуета, братишка? Ты думал я поведусь на такое гонево! Да я на третьем мастере понял, что это твоих рук дело! Объездил всех лишь потому, что и подумать не мог, что ты реально подговоришь всех! Ах, ну да, ты же у нас власть! Точно, как же я забыл!