Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

— А где там сказано, что нельзя? Где написано, что кидать следует только руками?! — затявкал Дждилленхол, включив в себе юриста.

— Беда! Беда! — прервал братский спор Олег Табаков, просочившись в еврочетырешку.

— Сука-бля, ебло! Какого хуя ты опять открыл мою квартиру своими ключами?! Это теперь моя личная собственность, а не твоя, Олег! — возмутился Харди при виде толстого соседа.

— Ребятушки, беда! — проигнорировал возмущения сержанта Табаков, рухнув на колени и сложив ладони у груди. — Помогите, Христа ради!

Не успели парни никак отреагировать на душераздирающие вопли Табакова, как в квартиру ввалился и обескураженный Киану Ривз в окружении ошеломленной голубиной стаи.

— Олег, прошу, успокойся, мы что-то придумаем! — кинулся он к свекру и дал испить ему валерьяны из трубочки, тянущейся от пластиковой бейсболки на его голове.

— Да что тут придумать? Что придумать? — потерянно замурчал Табаков, отглотнув кошачьей наркоты. — Все, это конец!

— Да кто-нибудь объяснит, что тут, сука-бля, происходит? — психанул Том, отпустив брата и перевернув игровое поле, вместе со столом, на котором то располагалось.

— Очевидно, беда, Томми, — цокнул Джейк, потирая шею в том месте, где держал его Харди. — Вечно ты… Хоть бы раз послушал, что люди тебе говорят. — Олег, присаживайтесь и давайте уже все по порядку, что стряслось? — учтиво заговорил Джилленхол, помогая подняться с пола пухляку и усаживая его на диван.

— Давайте лучше я, наверно, — сказал Киану, успокаивающе похлопывая свекра по желейному плечу. — Ух, даже не знаю… Это, конечно, просто кошмар какой-то… Врагу не пожелаешь.

— Да ёб твою мать! Вы уже расскажите хоть что-нибудь, петушары! — завизжал Харди, словно проститутка с синдромом Дауна.

— В общем… Наш Том, ну тот что мой муж и сын Олега… — начал Ривз, закинув в рот горсть пшена и стал с хрустом его пережевывать для птенцов в гнезде под его бейсболкой. — Ох, даже говорить об этом сложно… У нас хоть и не ладилось с ним в последнее время, но все же он мой муж. Такую историю даже про постороннего человека рассказать жутко, а тут…

— Может уже к сути, сука-бля? — жестом предложил Том и закурил.

— А я сразу говорил, что мотоцикл — хуевая идея! — схватился за голову Киану. — Боже! Почему я его не остановил! Олег, прости меня, я должен был его отговорить!

— Что ты, что ты! Ты не в чем не виноват! Том всегда был таким импульсивным, если что придумает, то все — пиши пропало… — горестно замотал головой Табаков.

— Мы вам не мешаем, сука-бля? — вскипал сержант, ведь уже до усрачки хотел услышать эту многообещающую историю.

— Томми, хватит! — шикнул на него Джейк. — Они же сказали, что у них беда, дай людям время. Знаешь, как сложно людям справиться с эмоциями.

— Но, кажется, кое-кто, сука-бля, хотел попросить у нас помощи! — развел руками Том и затушил бычок о свод правил Монополии, который тотчас вспыхнул. — Может уже пора помогать, а не слушать все эту ебалу, — состроил он свой фирменный еблет и стал затаптывать берцем пожар.

— Да, да, простите, просто все это так ужасно… — вытер слезы голубиным крылом Ривз. — В общем, знаете эти истории, как в авариях мотоциклистам отрывает головы?

— Нууу… — хором протянули братья — кто охуевше, кто заинтригованно.

Олег Табаков протяжно застонал, а Киану покрепче приобнял его за плечи.

— Так и случилось с нашим Томом… Богом коварства и обмана… — трагично вздохнул Ривз и выплюнул пережеванное пшено себе в ладонь.

— О мой Бог! — вскинул к потолку пышные брови Джейк. — Так что нужно? С похоронами помочь? Мы с Томми, конечно, поможем…

— Да ты что! Типун тебе на язык! — взвизгнул Олег, трижды поплевав через левое плечо, затем трижды перекрестившись.

— Я не понял… Не понял, сука-бля… — нахмурился и одновременно приподнял шрамированную бровь Том, скривив ебало до неузнаваемости. — Он жив, сука-бля? Это как, нахуй?

— Дело в том, что голову оторвало не до конца, — пояснил за мужа Киану. — Она осталась висеть на небольшом слое кожи и связок. Сейчас он в реанимации, врачи сотворили чудо и спасли Тома, пришив голову на место и скрепив все скобами. Но теперь он будет прикован к больничной койке навсегда! Он не может ни вставать, ни есть, ни даже дышать самостоятельно! Дышит с помощью аппарата ИВЛ, питается внутривенно.

— Куриный бульон пожрет, сука-бля! — рявкнул Харди. — Мы-то тут причем — я не понял!

— Мы все же надеемся, что есть некий выход… — опустил уголки глаз Ривз. — Шанс, если не зажить полноценной жизнью, то хоть встать на ноги и вернуть основные навыки.

— Мы тут причем, сука-бля? — повторил вопрос сержант.

— Ну мы подумали, что может у вас есть где-нибудь какие-нибудь связи… Может, какие-то специалисты, или клиники… — растерянно лепетал хуйню Киану.

— Мы что, сука-бля, похожи на больных или на врачей? Откуда у нас должны быть такие связи? — недоуменно расставил руки в стороны Харди. — Я — мусор, а он вообще пиздюк! — махнул Том в сторону брата, который, не моргая, прищурено смотрел в стол.