Позволь мне верить в чудеса
- Автор: Акулова Мария Анатольевна
- Серия: Самые разные — самые близкие #1
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Позволь мне верить в чудеса». Краткое содержание книги:
Ане 19, у нее цель другая — сохранить дом, в котором она родилась и выросла. Ведь теперь он зажат между высотками этого ЖК и должен быть снесен.
Она верит в людей, он убежден: доверять людям могут только наивные дурочки.
Она считает, что вера в чудеса — это ее суперспособность. Он, что его суперспособность — приземленное мышление.
Они — обитатели разных миров, хотя на самом деле у них далеко не так много отличий. Но чтобы понять это, Корнею придется научиться верить в ее чудеса, а Ане — спуститься со своих небес на его землю.
История о том, что даже самые разные могут стать самыми близкими.
Когда он зашел в ее комнату в тот день — она почти сразу покрылась мурашками. И чем ближе подходил — тем сильнее ощущала болезненную тягу сделать шаг навстречу.
Когда сказал, что уезжает на выходные — тут же будто в очередной раз умерла, ведь подумала, что уезжает с той — другой… А потом ожила, когда уточнил, что к родителям.
Но ненадолго, ведь глупая голова тут же язвительно напомнила, что это ничего не меняет. И Аню ближе для него не делает.
И как бы ни храбрилась — тут же на глазах выступили слезы. Который Высоцкий зачем-то заметил. О виновнике которых зачем-то спросил…
Стоило прозвучать его тихому «тебя кто-то обидел?», как возникла отчаянная мысль ответить честно.
Вы. Вы обидели, Корней Владимирович. Тем, что забрались под кожу, побежали по венам, оккупировали мысли, парализовали сердце. Непонятно только, зачем это сделали, если вам этот букет совершенно не нужен. Если знай вы о нем, скорее всего он раздражал бы вас так же, как те цветочные, которые она "разбросала" по квартире…
В тот момент с языка готова была сорваться тирада, а глаза цеплялись за руку, которую он держал в кармане… И безумно ххотелось, чтобы она прошлась по щеке, стирая слезы. Его рука, а не собственные пальцы.
Но ни честный ответ, ни отчаянная просьба с губ не слетели.
И это было правильно. Аня знала точно. Потому что он не был виноват в ее проблеме. И ответ нести тоже не обязан.
А ему сказать могла лишь: «нет, конечно. Ветер. Я же говорю». И попытаться криво улыбнуться…
Высоцкий говорил еще что-то о своих дурацких правилах, которые она не должна нарушать, а Аня, будто завороженная, уставилась на поблескивающий под верхним освещением волосок у него на кармане.
Очевидно, принадлежавший ей. Очевидно, оказавшийся куда ближе к нему, чем она была или будет когда-либо. Очевидно… Не потому, что она положила голову на его плечо. Не потому, что забралась к нему на колени и взмахнула гривой. Не потому, что они делили подушку или хотя бы шкаф. А так хотелось бы… Безумно хотелось бы…
И снова накрыла безнадега от осознания, что никогда.
Аня сняла волосок, будто символ собственных мечт о нем… И бросила под ноги — туда, где этим мечтам самое место.
А потом, наконец-то, призналась и себе, и ему в том, что все это время лежало на поверхности. Просто духу сказать вслух не хватало.
Ей при всем желании Корнею не угодить. А лучшее, что можно с этим сделать — смириться. И он, конечно же, без проблем это переживет. Она же… Что-нибудь придумает.
Например…
Предложит Захару стать для нее первым.
Пусть Аня обещала Высоцкому, что его отсутствие не скажется на следовании ею правилам, но это ее не остановило.
Ведь откладывать можно до бесконечности, но это ничего не даст. Поэтому…
Они с Захаром провели вместе всю субботу. Он — горя энтузиазмом, она — скрывая нарастающую тоску и страх.
Особенно страшно стало, когда они ехали в сторону квартиры. Аня раньше не бывала у Захара дома, поэтому чувствовала, как сердце ухает каждый раз, когда автомобиль замедлялся… Думала, что они вот сейчас свернут в один из дворов… И надо будет выйти… Надо будет подняться… Надо будет раздеться и…
Когда Захар все же остановил машину и стало понятно — это пункт их назначения, Аню на несколько мгновений парализовало. Она думала, что даже выйти не сможет…
Но получилось. И выйти. И подняться. И позволить Захару снять с плеч плащ… Вздрогнуть, когда губы коснутся шеи со спины, а руки лягут на бедра, сжимая их через джинс…
Голова готова была утонуть в панике, сердце забилось до ужаса быстро, но Аня заставила себя не вывернуться, щелкнуть включатель, зажигая свет, улыбнуться и предложить, к примеру, попить чаю, а смириться… Или покориться собственной воле и действиям выбранного парня.
Это ведь было действительно так — сама выбрала. Значит, должна нести ответственность…
Должна послушно двигаться в сторону одной из дальних комнат, когда руки Захара туда подталкивают, смиряться с тем, что света не будет… И даже хорошо, наверное…
Улыбаться, когда он говорит:
«ты очень красивая, Ань…»
Убеждать себя, что дрожь от прикосновений — это все из-за чувств, а не страха… Позволять стянуть с себя свитер, дать спустить бретельки белья… Не вскрикнуть и не взбрыкнуть, когда Захар вполне однозначно подталкивает к кровати, целуя раз за разом все ниже от шеи к ключице, параллельно борясь с замком на ее джинсах…
Пока это все разом не оборвалось вместе со звуками из прихожей…
И если с губ Захара сорвалось раздраженное: «вот черт»… То Аня не смогла сдержать облегченный вздох. И подскакивая с кровати, застегивая пуговицу, натягивая свитер через голову, она чувствовала себя куда более уверенной, чем все время до этого.