Просветительские идеи и революционный процесс в Северной Америке

Сторонникам рабства, вначале не сумевшим дать отпор политикам, выступающим за его отмену, пришлось искать убедительные аргументы в пользу его сохранения. Джеймс Браун доказывал, что освобождение рабов практически не осуществимо, поскольку негры не приспособлены к свободному существованию. «Я утверждаю, — говорил он, — что счастье раба не требует его освобождения. Условия его жизни намного лучше условий жизни 4/5 человечества. Рабы имеют больше удобств, чем крестьяне большинства стран Европы… Рабу нет необходимости думать о будущем. Если его хозяин разорится и не сможет кормить его, он будет продан тому, кто будет в состоянии это делать. Его жизнь находится под защитой закона. Общественное мнение, интересы его собственного хозяина защищают раба от жестокого и оскорбительного обращения». Итог голосования в генеральной ассамблее Виргинии в 1831 г. был: за сохранение рабства — 65, за его отмену — 58. В газете «Constitutional Whig» было опубликовано письмо плантатора, который радовался тому, что у ассамблеи хватило здравого смысла не поддаться на агитацию аболиционистов. «Мы хотим, — говорилось в письме, — чтобы одна истина была бы понята и усвоена: что конституция этого штата сделала Тома, Дика и Гарри собственностью… и мы намерены обладать ею, даже если она является злом и проклятием»[1353].

По существу виргинские дебаты стали последним обсуждением проблемы рабства на Юге, так как с этих пор в южной пропаганде возобладало единственное направление, сконцентрированное на защиту и прославление особого института. «Было время, когда Юг не имел ни мыслей, ни мнений относительно самого себя, — заявлял один из главных идеологов южан Джордж Фицхью (1806–1881). — Тогда он находился позади всех христианских стран, допуская, что его социальная структура. несправедлива и уродлива и он должен за нее извиняться. Теперь он настроен идти впереди других в отстаивании своих интересов, и в то время как другие страны отменили рабство, Юг оказался достаточно мудрым и расчетливым, чтобы сохранить его»[1354]. Аргументы рабовладельцев не отличались разнообразием. Искажая факты, они стремились представить рабство в виде благодетельной системы для негров. «De Bow’s Review» в статье «Благодеяния рабства» писала, что положение рабов лучше, чем любого другого трудящегося класса в мире. Между плантаторами и их рабами существуют отношения патернализма. «Работа на плантации является здоровой и наиболее восхитительной разновидностью ручного труда», — заявляла газета[1355].