Иван Тургенев и евреи [litres]
- Автор: Уральский Марк Леонович
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Алетейя
- ISBN: 978-5-00165-406-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Иван Тургенев и евреи [litres]». Краткое содержание книги:
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Если принять во внимание, что в ХIХ веке разномыслие, или, как тогда говорили, различие «образа мыслей», отнюдь не являлось причиной для разрыва личных отношений и большинство полемистов, исключая, конечно, Достоевского, сохраняли светские и дружеские связи со своими оппонентами, – сам Иван Тургенев здесь лучший пример[307], то можно согласится с правотой его объяснения причины той ярой неприязни, что выказывал к нему Достоевский. В письме M.A. Милютиной от 3(15) декабря 1872 г. следующим образом говорит о подоплеке баден-баденской ссоры:
Поступок Достоевского не удивил меня нисколько. Он возненавидел меня уже тогда, когда мы оба были молоды и начинали свою литературную карьеру[308] – хотя я ничем не заслужил этой ненависти; но беспричинные страсти, говорят, самые сильные и продолжительные. Д<остоевский> позволил себе нечто худшее, чем пародию «Призраков»; в тех же «Бесах» он представил меня под именем Кармазинова тайно сочувствующим нечаевской партии. Странно только то, что он выбрал для пародии единственную повесть, помещенную мною в издаваемом некогда им журнале «Эпохе», повесть, за которую он осыпал меня благодарственными и похвальными письмами![309] Эти письма сохранились у меня. Вот было бы забавно напечатать их![310] Но он знает, что я этого не сделаю. Ему бы по крайней мере следовало, прежде чем клеветать на меня, заплатить мне занятые у меня деньги; он полагает, что можно обойтись и без этого: это дело его совести[311]. А мне остается сожалеть, что он употребляет свой несомненный талант на удовлетворение таких нехороших чувств; видно, он мало ценит его, коли унижается до памфлета[312] [ТУР-ПСП. Т. 12. С. 71].
Тургенев считал недопустимым выводить реальных лиц, тем более живого современника автора «Бесов», в качестве персонажа художественного произведения. Сам он аллюзиями на реальных лиц пользовался с большой деликатностью, не доводя до личных оскорблений и стремясь лишь к типизации. Для возмущения у Тургенева имелась и другая веская причина. Ни для кого не было секретом, что он, друг Герцена, Бакунина, Лаврова, Лопатина, Утина и др. эмигрантов-революционеров, состоит под подозрением у правительства. В своих воспоминаниях Герман Лопатин передает рассказ Тургенева о том, почему он, как-то раз, вынужден был поторопиться с отъездом за границу:
Приезжал флигель-адъютант его величества с деликатнейшим вопросом: его величество интересуется знать, когда вы думаете, Иван Сергеевич, отбыть за границу? А на такой вопрос, – сказал Иван Сергеевич, – может быть только один ответ: “сегодня или завтра”, а затем собрать свои вещи и отправиться» [И.С.Т.-НМИ. С. 440]
В этой связи художественная репрезентация его образа Достоевским как «нечаевца», т. е., по выражению П. Лаврова, человека «симпатизирующего людям насильственного и кровавого переворота» [ЛАВРОВ П.], превращалась в политический донос.
Начиная с 1850-х годов, Тургенев бывал в Петербурге лишь наездами. Но, находясь за границей, он вел активную переписку: нынче опубликовано более 4500 писем Тургенева. Среди адресатов нередко встречается и «любезнейший Федор Михайлович». Тон писем к Достоевскому всегда чрезвычайно вежливый и дружелюбный. Тургенев сетовал, что, живя за границей, превратился в «обленившегося буржуя». Достоевский, со своей стороны, постоянно жаловался «милейшему Ивану Сергеевичу» на житейские трудности и безденежье. Мягкосердечный Тургенев ему сочувствовал, переживал, что Достоевский вынужден работать свыше человеческих сил:
Я часто думаю о вас все это время, обо всех ударах, которые вас поразили, – искренно радуюсь тому, что вы не дали им разбить вас в конец. Боюсь я только за ваше здоровье, как бы оно не пострадало от излишних трудов [ТУР-ПСП. Т. 6. С. 53].
307
Тургенев, например, многие годы состоял в дружеских отношениях с беллетристом и поэтом графом Алексеем Константиновичем Толстым, одним из авторов «Козьмы Пруткова», который болезненно-ревниво относился к его литературной славе. К тому же А.К. Толстой держался консервативно-охранительных и славянофильских взглядов. Однако это не мешало ему печататься в таких демократических журналах, как «Современник» и «Искра». Махровыми реакционерами и юдофобами выказывали себя поэты Константин Случевский и Афанасий Фет, с коими Тургенев поддерживал близкие отношения.
308
Ср. в письме Достоевского Майкову от 16 (28) августа 1867 (Женева): «Откровенно Вам скажу: я и прежде не любил этого человека лично. Сквернее всего то, что я еще с 67 года, с Wisbaden’a, должен ему 50 талеров (и не отдал до сих пор!) Не люблю тоже его аристократически-фарсерское объятие, с которым он лезет целоваться, но подставляет Вам свою щеку. Генеральство ужасное; а главное, его книга «Дым» меня раздражила [ДФМ-ПСС. Т. 28. Кн. 2. С. 210].
309
«Призраки» были опубликованы в февральском номере журнала «Эпоха» за 1864 г. Достоевский упорно добивался получения этой повести для журнала «Время», а затем, после его закрытия, для «Эпохи», – см. письма Достоевского к Тургеневу от 19 июня, 18 октября и 23 декабря по ст. ст. 1863 г. в [ДФМ-ПСС. Т. 22. Кн. 2].
310
В настоящее время эти письма опубликованы, – см. [ИОВ], а также [ДФМ-ПСС. Т. 22. Кн. 2].
311
Свой долг Достоевский вернул в 1876 г., передав, без каких-либо комментариев, Тургеневу деньги через П.В. Анненкова – т. е. спустя одиннадцать лет после того, как взял их.
312
По определению Петра Анненкова, приведенному в его статье «Художник и простой человек: Из воспоминаний об А.Ф. Писемском»: «Цели и приемы литературного памфлета всегда и везде одинаковы. Они состоят в том, чтобы довести лицо или событие до высшей степени безобразия, какое для них только мыслимо, а все недостающее им до этой позорной апофеозы изобрести более или менее искусно и правдоподобно» [АННЕНКОВ (V)].