Огневица

Дейвас и бродяжница прижались к скале, тяжело дыша. Над их головами нависал неширокий козырек, никак не спасающий от буйства стихии, но все же твердый камень, упирающийся в спину, был лучше, чем открытая всем ветрам площадка, на которой так легко было оступиться и упасть в пропасть.

Итрида раздраженно откинула со лба налипшие пряди. Ее безостановочно трясло, но она старалась не подавать виду. Не к месту вспомнилось ровное тепло мирно спящего Мария, согревающее ее всю ночь.

– Похоже, духи разгневались, что мы распивали вино без них, – хмыкнул дейвас и попытался выглянуть из-под козырька. – Морокун тебя раздери!

Особенно сильный удар ветра едва не сбил его с ног, и дейвас быстро вернулся на место. Его взгляд упал на Итриду, и Марий нахмурился.

– Эй, – он положил ладонь на ее шею. Итрида дернулась в сторону, мужчина убрал руку, но морщинка между его бровей не разгладилась. – Что с тобой?

– Ничего, – огрызнулась Итрида. Ее челюсть тоже предательски ходила ходуном, и голос девушки сорвался, отчего ответ получился не насмешливым, а жалобным. Марий тяжело вздохнул и вдруг накрыл своим телом Итриду, вжимая ее в скалу.

– Ты чего удумал?! – зашипела она и уперлась ладонями ему в грудь. Марию не приходилось слишком сильно наклоняться, чтобы заглянуть ей в глаза: Итрида была ниже его всего лишь на полголовы.

Дейвас в ответ на ее возмущения только лениво улыбнулся – и улыбка эта до странности не вязалась с буйством духов, разразившимся за спиной мужчины.

– Вообще-то согреваю тебя. Не заметила? – из-за оглушительного рева воды Итрида, скорее, прочитала слова по губам, нежели расслышала. Она открыла было рот, чтобы возмутиться – но вдруг поняла, что дейвас говорит правду. От его тела шло ровное спокойное тепло, и в ответ внутри нее разгорался собственный маленький очаг, согревающий как стакан горячего медового сбитня. Итрида плотно сжала губы и нахохлилась, уронив руки вдоль тела и отчаянно напрягшись, чтобы, не приведи Перкунас, не сократить расстояние между собой и дейвасом хоть на краешек ногтя.

– Кажется, я знаю, как мы выберемся, – вдруг улыбнулся Марий, глядя на скалу поверх головы Итриды. Он потянулся вперед, отчего Итрида почти уткнулась носом в его шею, а их тела плотно прижались друг к другу, и обвел кончиками пальцев едва заметные руны. Дейвас шепнул что-то едва слышно, только странный горловой звук дрожал в его груди, передаваясь и Итриде. Она собралась было спросить его, какого морокуна он творит, как вдруг часть скалы за ее спиной исчезла, и она, не удержавшись, повалилась назад. От неожиданности Итрида коротко вскрикнула и намертво сжала пальцы на рубашке Мария, утягивая его за собой. Боль от удара о каменный пол разлилась по спине короткой вспышкой, но быстро стихла. Итрида заморгала, постепенно осознавая, что оглушительная тишина, окутавшая ее плотным покрывалом, означает, что дождь остался где-то снаружи. Приподнявшись на локтях, Марий глянул на Итриду: