Высокое Искусство
- Автор: Николаев Игорь Игоревич
- Серия: Ойкумена(Николаев) #2
- Год: 2020
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Высокое Искусство». Краткое содержание книги:
Содержание в общем полностью описывается словами И.Кошкина: Почти все персонажи были на сложных щах, имели суровую судьбу (или, вернее, она имела их), тяжелое прошлое и опасное будущее.
Будет много тяжких испытаний, боли и страдания (все как мы любим, да), суровый быт городов осени средневековья и не все действующие лица доживут до финала (как будто вы сомневались).
Не знаю как насчет 18+, но сцены боев, насилия и софт-эротики имеют место быть.
- Вы бежали? - опять вопрос последовал вперед мысли.
- Да. Мы думали, что все будет как в романах. В балладах. Станем женой и мужем, будем жить долго и счастливо, затеряемся в южных городах.
На этот раз Елена смолчала, но Флесса ответила, словно вопрос прозвучал:
- Да. Мы не ушли далеко.
Лекарка снова провела пальцами по сетке шрамов. Сказала, утверждая, а не спрашивая:
- Кнут.
- Вартенслебен известен кожаными промыслами, - грустно улыбнулась Флесса. - У отца были хорошие... изделия.
«А дурной мальчика с ветром в башке вернулся домой, к семейству, как же еще...» - мысленно продолжила Елена.
- Пажа отец повесил на решетке за окном в моей спальне. И приказал не снимать до весеннего тепла.
- Бля... - выдохнула Елена.
Флесса, похоже, решила, что это был просто вздох. Прижала руку Елены, ладонь поверх ладони.
- Господи, - прошептала Елена, потому что... а что тут еще можно было сказать?
«Блядский психоанализ...»
Сколько лет было тогда Флессе? Двенадцать? Тринадцать? Чуть больше? Вряд ли больше тринадцати-четырнадцати. Старшие девочки уже должны были понимать, чем закончится такая романтика. Романтический подросток, чью любовь убили у нее на глазах. Не просто убили, но мучительно погубили, в жестокое назидание.
«И я еще чувствую себя несчастной?!»
- Это было... жестоко... - со всей деликатностью и осторожностью заметила Елена, чувствуя себя бегуном по минному полю.
- Это было правильно.
- Что? - Елена подумала, что ослышалась. Впервые за много месяцев она усомнилась в хорошем владении всеобщим языком.
- Я была унижена. Оскорблена. Прошли годы, прежде чем я поняла, что отец не мог поступить иначе.
- Но... Почему?
- Паж покусился на дочь своего господина. Нанес оскорбление патриарху, а значит всей семье Вартенслебенов. Если бы удалось скрыть, можно было просто выслать мальчика обратно. Но бегство и погоня... Неизбежные слухи о потере девственности. Отец поступил единственно возможным способом.
- А семья пажа?
- Она тоже поступила правильно. Нельзя просто так убивать членов благородной семьи. И началась война домов.
Значит, эта молодая женщина еще в ранней юности оказалась поводом для межклановой усобицы. Богатый жизненный опыт.
- Вы победили?
- Да. В первом же бою чуть не погиб мой брат. Тогда я еще любила его. И это был хороший урок.
- Ты простила отца?
- Нет. Но я его поняла. И училась у него.
- А я не понимаю этого... - честно призналась Елена.
- Семья, Люнна, семья, - очень серьезно и строго вымолвила Флесса. - Сюзерен оставит тебя без милостей и защиты. Вассалы и горожане переметнутся. Слуги предадут. Закон смолчит, император не заметит.
Елена скорчила гримасу, радуясь, что Флесса не видит ее лица.
- Но лишь семья всегда останется с тобой. Они преломят с тобой хлеб в нужде. Они прокормят в старости. Они похоронят и прочтут молитву, сделают гравировку на черепе в фамильном святилище. Только семья станет за тебя против остального мира. Отец был суров и жесток, за это я его не прощу никогда. Но сейчас мальчик давно в могиле, а я... я буду править сильнейшим герцогством западного королевства.
Елена почувствовала дрожь в руках, и отнюдь не от страсти или холода в комнате.
- Твоя очередь, - напомнила герцогиня. - Ты любила ее?
- Я... - Елена задумалась. - Не знаю.
Флесса ничего не сказала, и ее молчание звучало красноречивее любых слов. Немое обвинение в нечестности. «Дашь-на-Дашь» подразумевала равный обмен.
- Действительно не знаю, - тихо сказала Елена, прижимаясь щекой к лопатке Флессы. Снова захотелось провести кончиком языка вдоль позвоночника, чувствуя чуть солоноватый вкус.
- Я спасла ей жизнь. Она спасла мою. Нам выпало так мало времени... Чего было больше, симпатии, благодарности? Или просто желания разделить опасность и тепло? Не знаю.
Слова появлялись сами собой, Елене было на удивление легко проговаривать то, о чем она прежде запрещала себе даже думать.
- Мне было очень больно, когда она погибла. И больно сейчас. Это любовь? Или грусть? Или потеря? Не знаю. Я никого прежде не любила. Не с чем сравнить.
Флесса помолчала. Затем спросила:
- Монеты на твоей шее... Это от нее?
- Да, они с ... - Елена в последнее мгновение решила не упоминать Пустоши. Еще не время. Придется открыться любовнице, это неизбежно, однако... не сейчас. Потом.
- … издалека. Мы разделили с ней тяготы, жизнь и смерть.
- Обычай рутьеров-побратимов, - заметила герцогиня. - Твоя женщина была воином?