Электронная книга - «Конец партии: Воспламенение (СИ)». Краткое содержание книги:
- Хорошо, поехали… а это далеко?
- Совсем нет, - Бийо помог мне влезть в экипаж, забрался следом и тщательно задернул плотную занавеску, закрывавшую оконце. - Но я был бы вам признателен, если бы вы не пытались проследить наш путь.
Озадаченная до крайности, я воззрилась на его лицо, кажущееся неестественно бледным в полумраке фиакра.
- Все настолько серьезно?
- Вы не представляете, как, - тихо ответил он, и я поняла, что сейчас не время задавать лишние вопросы. Кучер молча стегнул лошадь, экипаж тронулся с места, и я панически вцепилась в обивку собственного сидения. Во что я впутываюсь на этот раз? Утешало, что ответ я получу, если верить Бийо, уже скоро.
Перед тем, как позволить мне выйти из экипажа, Бийо завязал мне глаза обнаружившимся у него в кармане куском плотной ткани. Я попыталась воспротивиться, но он был непреклонен и на все мои возражения ответил только одно:
- Таковы правила.
Поняв, что бесполезно с ним спорить, я плюнула и позволила ему завязать у меня на затылке крепкий узел. Может, если бы не все эти секреты, я бы и не подумала подглядывать, но сейчас мое любопытство усилилось до такой степени, что я ощущала почти что боль от невозможности оглядеться по сторонам - сквозь повязку не было видно ничего, в ткани не нашлось ни одного, даже самого маленького просвета. Опираясь на руку Бийо, я сошла по ступенькам фиакра и ощутила под ногами камни мостовой. Куда бы меня ни привезли, район не самый бедный.
- Идемте, - меня потянули за руку, и я послушно пошла, куда меня направляли. Слух и обоняние я напрягла, насколько это было вообще возможно, но ничего интересного они мне, увы, не сообщили: слышала я лишь звуки шагов да отдаленный шум улицы, а окружавшие меня запахи ничем не отличались от обычных городских. Потом до меня донесся скрип двери и приглушенный разговор: Бийо что-то кому-то тихо втолковывал.
- Ладно, заходите, - раздался еще один голос, мне незнакомый, и меня завели внутрь какого-то помещения, где я первым делом едва не споткнулась о ступеньку. Мой спутник тут же оказался рядом, чтобы предупредительно взять за локоть.
- Осторожнее, не упадите. Поднимайтесь… да, вот так.
Осторожно, ощупывая каждую ступеньку, прежде чем встать на нее, носком туфли, я одолела лестницу - та оказалась не очень длинной, я, считая каждый свой шаг, даже до двадцати не дошла. Затем меня провели по каким-то коридорам, судя по отсутствию каких-либо звуков, кроме тех, которые издавали мы - пустым. А затем Бийо неожиданно резко остановился и почти сорвал с меня повязку. Я даже вскрикнула от неожиданности; глаза мои, оказывается, успели настолько привыкнуть к темноте, что даже приглушенный свет нескольких свечей, освещавших крепкую резную дверь прямо передо мной, показался мне ослепительным.
- Даю вам совет, - прошелестел голос Бийо прямо над моим ухом, - слушайте и ничего не говорите, пока вас не спросят. Ведите себя почтительно, здесь собрались чрезвычайно влиятельные граждане.
- Ладно, - пробормотала я растерянно, и мой спутник два раза стукнул в отозвавшуюся гулким грохотом дверь. Ни одного звука не последовало из-за нее, но спустя секунду она почти неслышно приоткрылась. Я с интересом просунула голову в проход, но Бийо оттолкнул меня, прошипев:
- Сначала я.
“Мог бы и предупредить”, - подумала я с обидой, пропуская его вперед. Он зашел внутрь помещения - я не видела ни обстановки, ни того, кто находился там, только пол в черно-белую шахматную клетку и загородившую все остальное фигуру моего спутника.
- Братья, - обратился к кому-то Бийо, причем в голосе его не звучало торжественности: судя по всему, такое обращение было здесь обыденностью, - я ее привел.
В комнате неясно зашушукались, но тихие голоса перекрыл один, звонкий и удивительно молодой:
- Пусть зайдет.
Повинуясь приглашающему жесту Бийо, я сделала шаг в помещение и с нарастающим удивлением огляделась. Больше всего увиденное мною зрелище напоминало собрание какого-то клуба по интересам: у покрытых темными обоями стен стояли в ряд стулья, в большинстве своем занятые, хотя мой взгляд уцепился и за несколько свободных мест. Свет падал так, что разглядеть толком лица присутствующих я не могла, но мне показалось, что кого-то из них я мельком могла видеть на заседаниях Конвента - не исключила я, впрочем, и того, что это впечатление могло оказаться обманчивым. Тот, кто сидел прямо напротив меня, на небольшом возвышении - очевидно, главный на этом странном собрании, - и вовсе нацепил на себя черную полумаску, так что узнать его лицо представлялось затруднительным. Когда я вошла, кто-то начал перешептываться, кто-то недоверчиво фыркнул - похоже, подобное проявление эмоций здесь не возбранялось. Но никто не проронил ни слова, кроме главного - оказалось, молодой голос принадлежал ему, хотя морщинистый рот и покрытые темноватыми пятнами руки красноречиво говорили о том, что незнакомцу, скорее всего, уже за шестьдесят.
- Добрый вечер, любезная. Как вас зовут?
- Натали, - представилась я. - Думаю, мне бесполезно задавать вам такой же вопрос?
Человек в маске жизнерадостно рассмеялся, но остальным не передалось его веселье: они продолжали хранить молчание.
- Вы правы, бесполезно, - сказал он. - Вы представляете себе, где находитесь?
Я хотела метнуть уничтожающий взгляд на Бийо, но, повернув голову в его сторону, поняла, что его нет уже рядом со мной: он отошел, слившись с тенями, и занял свое место в череде остальных. Теперь я могла лишь угадывать в полумраке его силуэт. Значит, и высказать претензии, почему он мне ничего не объяснил, было невозможно.
- Понятия не имею, - громко сказала я, снова поворачиваясь к тому, с кем говорила. - Кто вы и что тут происходит?
Кто-то снова фыркнул, на этот раз презрительно. Видимо, мое поведение не согласовывалось с его представлениями о почтении, но мне было все равно. Раз меня сюда привезли, я имела права знать хотя бы что-то.
- Можно сказать, у нас тут клуб, - с еле заметной насмешкой ответил мне человек в маске. - Клуб, посвященный идее спасения Франции.
- Все клубы посвящены идее спасения Франции, - ответила я едко, давая понять, что такое объяснение меня не удовлетворяет. - Только не очень-то у них получается.
Незнакомец снова засмеялся, но на этот раз коротко и рвано.
- Ну, - наконец сказал он, когда моя наглость начала постепенно остывать и перетекать в прохладное чувство страха, - может быть, у нас получится? Особенно если вы нам поможете.
Вот в чем было дело. Я исступленно пыталась заставить себя хладнокровно анализировать ситуацию, чтобы отогнать прочь переполнившую меня боязнь. У этих людей, кто бы они ни были, есть ко мне какое-то поручение. Но почему они выбрали именно меня? Не думаю, что Бийо знал меня достаточно хорошо, чтобы возлагать на меня ответственность за спасение Франции, будь она неладна.
- Что вы от меня хотите? - спросила я прямо, но мои надежды на такой же прямой ответ оказались тщетны. Вместо него в меня прилетел другой вопрос:
- Вы вообще имеете представление о том, что происходит в стране?
На секунду мне показалось, что незнакомец считает мои мысли. В мозгу моем стремительно пронеслись картины всего, что удалось мне уже увидеть и пережить, и я посчитала их достаточными для того, чтобы уверенно ответить:
- Да, имею.
- Тогда вам, конечно же, известно, - сказал незнакомец вкрадчиво, - что в ходе подавления восстания в Нанте были утоплены десятки тысяч человек? Комиссар Конвента, гражданин Каррье, решил таким образом не тратить пули, предназначенные для вожаков мятежников. Бунтующий Лион фактически сравняли с землей, при этом число жертв там не меньшее. А после введения нового закона, упрощающего судебную процедуру до фарса, только за месяц в одном Париже гильотинировали около тысячи человек.