Турецкие народные сказки (второе издание)

Когда она отошла немного, девушка встает с места, ударяет по пекарне и превращает ее в молодца, а себя — в девушку, и снова они бегут. А колдунья оглядывается назад — опять идут молодец с девицей! Она догадывается, что сад и пекарня, которые она видела, — это молодец и девушка, снова поворачивается и бросается за ними вслед. Девушка видит, что мать снова приближается; сейчас же — трах молодцу пощечину и превращает его в озеро, а сама становится уткой и плавает по воде. Подходит ее мать, видит — большое озеро. Она то вниз побежит, то вверх побежит, никак не находит берега, откуда бы переправиться на ту сторону; наконец останавливается, видит, что ей не перейти озера, поворачивается и уходит. Тогда девушка видит, что мать ушла, снова ударяет по озеру и превращает его в молодца, а себя — в девушку, и снова они отправляются в путь.

Мало-помалу подходят они близко к родному городу молодца; там они входят на постоялый двор, и молодец говорит девушке: «Ты здесь посиди, а я пойду достану тебе одежду и повозку и увезу тебя». С этими словами он уходит. И вот он идет. На пути перед ним снова появляется тот дервиш, схватывает его, относит прямо во дворец его отца и оставляет его в брачной комнате.

И вот молодец видит себя на постели, а молодая лежит рядом с ним. «Странно! Не во сне ли я все это видел, что же это такое?» Пока он так думал, девушка, оставленная им на постоялом дворе, видит, что молодец не идет; ждет час, другой. «Ах, негодяй проклятый, бросил меня здесь, а сам ушел и не приходит», — говорит она, превращается в голубку и подлетает к окну комнаты, в которой он спал: «Ах, негодяй! Чужую девушку взял, меня на постоялом дворе бросил, а теперь тут полеживает!»— кричит она и снова улетает на постоялый двор. А молодец очнулся и понял, что все, что он видел, — не сон, а правда. Он сейчас же выскочил оттуда, взял повозку, поехал прямо на постоялый двор, усадил девушку в повозку и привез во дворец. Ту, другую девушку он отправил в дом ее матери, а себя велел обручить с девушкой, которую взял от дервиша. И вот они заново праздновали свадьбу сорок дней, сорок ночей. Они достигли цели, слышу, а мы — взберемся-ка на крышу!