В долине смертной тени [Эпидемия]

— Но в таком случае может тебе отказаться от участия?

Ратманов энергично замотал головой.

— Если я откажусь, а мои дорогие братья — нет, я прослыву трусом. Придется поучаствовать. Хотя ничего хорошего от этого не жду. И Алексей, и Святослав по-разному, но не приемлют нынешнюю власть. А я, как ее представитель, не могу не защищать. Для меня это вопрос чести. Ты меня понимаешь?

— Я тебя прекрасно понимаю — задумчиво произнесла Софья Георгиевна. — Но меня беспокоит то, что дискуссия лишь усилит раскол между вами. Вы и без того не дружите, а этот разговор лишь увеличит вашу неприязнь.

Ратманов махнул рукой.

— Не беспокойся, хуже не будет, потому, что некуда. Мы с Алексеем враги и всегда ими будем. Это просто момент, когда мы стали жить рядом. Он пройдет — и все станет на свои места. Ну а Святослав… Что о нем говорить, он здесь вообще случайный гость. Я имею в виду не наш дом, а нашу страну. Пусть говорит, что хочет, это не имеет значения. Для меня он давно умер. Можно сказать, что сейчас он вернулся с того света. К счастью, ненадолго.

— А Герман Владимирович?

— А что отец? — пожал плечами Ратманов. — Я никогда не отрекался от него, но он давно уже никто. И до конца жизни так и останется никем. Так что его суждения не имеют значения. Поговорим и разойдемся.

— Как-то все это грустно, Миша.

Ратманов посмотрел на жену.

— Ты некоторым вещам придаешь преувеличенное значение. Запомни, что я тебе скажу. — Он невольно снизил голос. — Мы никому не отдадим власть в стране, это наша принципиальная позиция. Да, мы ее не афишируем, но едва ли не на каждом совещании нам напоминают об этом. И сколько бы Алексей не пыжился, у него ничего не получится. Хотя крови он нам пьет немало, но, как видишь, мы ни на миллиметр не сдали своих позиций. И не сдадим. И хватит, Софочка, об этом. Лучше посоветуй, одевать мне костюм или пойти так, как я одет сейчас?