Рубежи

— Ты куда собрался, торопыга?

Спрашивали по-английски, и Ян, обернувшись, уставился на светловолосого мужчину, пытаясь вспомнить, где мог его видеть.

— Николас Тернер, — поняв, подсказал тот.

— А как же Мила?

— Парень, — добродушно улыбнулся Николас, — проблемы надо решать не по мере поступления, а по необходимости. С Людмилой Петровной сейчас Шанкьяхти-хи, и значит, ее болезнь может подождать. А вот после того, как заградительные костры иссякли, о Руке Бога стоит позаботиться в первую очередь, не так ли?

Немного подумав, Ян кивнул. Это же объясняло, почему вдруг его разрешили перенести с Внешнего Рубежа в особняк отца. Наверняка, сумели сложить два и два и понять, что эта стая гончих была первой, но далеко не последней.

— С Сеней и Мигелем, полагаю, все в порядке?

— Да, с ними Ольга. И им досталось куда меньше, чем тебе. Можно сказать, я их сюда за компанию притащил. Что касается Майки Феллоуза, с ним было все хорошо, когда его похитил собственный отец. По следу, как ты понимаешь, послать некого, но я бы не стал переживать за пацана. Финн, конечно, сволота та еще, но единственного сына не тронет, хоть тот по сути предал его, проникнувшись симпатией к новому избранному. По словам Абэ-сан, в день их ссоры он сказал, что знал, будто Иссина-сана загрызет собака, и что Иссин-сан заслужил подобную смерть. Думаю, он мог бы много чего рассказать про заговорщиков, но — увы.

Ян задумчиво кивнул, соглашаясь с последними словами. Майки не просто мог — хотел что-то ему рассказать, но Ян сначала не захотел слушать, потом поддался тревоге Мигеля. И вроде бы правильно поддался, ведь кто знает, куда шла та стая изначально, пока не повернулась на заградительный костер внутри Рубежей. Но что если Майки хотел рассказать, где искать Лану?

— А что Дэн? — спросил он, надеясь, что хотя бы тут новости будут хорошие.

— Исчез, — Николас отвернулся к окну и потер переносицу, словно хотел закрыться от пытливого взгляда Яна, а потом все-таки вновь посмотрел на него, уж не пряча печальных серо-голубых глаз. — Дэн Давыдов разрушил Башню Творцов, выпив цепь защитных артефактов, а потом исчез в неизвестном направлении. На следующий день в поместье Густафа Маркони обнаружили труп Иссина Абэ с перегрызенным горлом.

— Пророк?

— Бесследно исчез вместо со своим псом.

Ян, крепко зажмурившись, откинулся на подушки, пытаясь переварить услышанное. Из мыслей на ум приходили только нецензурные, цвета бессилия с оттенками отчаянья. Он бы потянулся к демону, но знал, что рыжая сволочь не ответит, да и откуда ему знать, где именно сейчас Лана, ведь сам Агни может сейчас лишь через Яна пребывать на Земле. Но пророк! Вот он-то!..

— Я ему верю, — сказал вдруг Николас.