Чеченские лабиринты. Устами журналистов. Книга 1
- Автор: Рябцев Егений Алексеевич, Калинин Михаил Антонович
- Год: 2007
- Язык: русский
- Год: Литфонд
- ISBN: 5-7509-1194-2
- Жанр: Публицистика
Электронная книга - «Чеченские лабиринты. Устами журналистов. Книга 1». Краткое содержание книги:
Опять позвонили, прерывисто, громко. — Кто?
— Лозовский Семен Игнатьевич.
Толстяк ввалился в коридор, лицо у него в пятнах, в глазах-огонь.
— Смылся из дома… Нудьга заела. Прошу прощения за поздний визит. Скалечилась душа… От всех дум выть хочется, будто от зубной боли…
— Вываливай накопившееся наружу, чего уж там… Айда на кухню!
Москаленко был рад ему.
Лидия Игнатьевна заварила чай. На столе появилась горка ореховых сухариков, фарфоровая сахарница, баночка с майским медом. Сухарики похрустывали на зубах.
— Семен Игнатьевич, я вот не успокоюсь от заявления Александра Солженицына «забрать всех русских из Чечни», — начал для затравки беседу Москаленко.
— Караул «надо» кричать, — Лозовский перевел дух. Только, мне кажется, козлами отпущения за действия армии при шариате будут русские жители. А Солженицына я не приемлю за призыв всех чеченцев, будь то московский профессор, например, Руслан Хасбулатов, или московский нефтяник, — выдворить.
— Много старушек слоняется по грозненским подвалам. Среди завалов мешков и тряпья там копошатся русские люди. Я читал в «Литгазете» рассказ публициста Лидии Графовой: три бандита насиловали жену на глазах мужа. Перед расстрелом его долго пытали, требуя признаться, что он русский шпион. Жене чудом удалось спастись… Или та же Графова рассказала о факте из жизни ростовского координационного совета помощи беженцам, — без умолку тараторил Лозовский. — Самое тревожное — беженцы из Чечни. Появилась на Дону беженка из Старо-промысловского района Грозного. Дом ее не разбомбили, остался цел. Простите, может, я не все понимаю. Но к ней средь бела дня ворвались бандиты в камуфляжных формах и потребовали переписать дом на них. При обыске захватчики подбросили какие-то документы, где было обмолвлено, что она сотрудничала с российской безопасностью. Женщину пытали, приковали наручниками к батарее, а потом отволокли к нотариусу, чтобы оформить дом «в подарок». Неслыханное беззаконие. На реке Сунжа бандиты остановили машину и завели ее под мост, там лежал труп женщины: «С тобой будет то же самое, если подведешь». Она помнит их лица, знает их имена, фамилии? Но кому бить челобитную?..
— Некому, — согласился Москаленко, — нужен своеобразный «нюрнбергский» процесс. Ведь наши предки основывали Грозный. И расплату за позорную бойню кто-то должен же понести…
— Разве мы скоты? — взволнованно произнес вслух Семен Игнатьевич и как-то невольно дернул головой, словно кого-то хотел боднуть.
Лозовский походил по комнате. Наконец привалился к подоконнику, словно повис на нем, и стоял как мертвый.
Лозовский долго смотрел окаменелым взглядом в одну точку. Он холодно и монотонно шептал:
— Неужто мы, мужики, будем хладнокровно взирать на глумления нелюдей над людьми?
Лидия Игнатьевна появилась перед ними тихо, спокойно:
— Что приуныли, дружки?
И когда Иван Михайлович со старческим придыхом объяснил, что его тошнит от бесконечного дождя унижений, в изобилии пролившегося на страну, Лидия Игнатьевна отошла в сторону и недоуменно всплеснула руками:
— А кто вас заставил совать нос в заросли чеченского одичанья?! Сотый раз я тебе повторяю Михалыч, брось задуривать себя неуместным чтивом!..
— Ладно, не трещи на ухо, Лидусенька. Не мешай ветеранам хоть на кухне осуждать кремлевцев за истребление живых. Давно известно: нерасторжима связь мертвых, и живых…
Он не договорил, кисло улыбнулся, откинулся на спинку стула.
— Ты, я вижу, намерена нас бомбить, как Грачев Грозный, чтобы разразился в наших отношениях холодный ливень, — Москаленко насупился.
Через минуту он что-то уже усердно читал Лозовскому. Жена ему не мешала.
Марина Катышева в «Гудке» за 26 октября 1996 года поразила читателей своей откровенностью в статье «Стервятники на пепелище»:
«Чеченская трагедия, густо замешанная на крови, грязи и лжи, высветила наряду со множеством других карди-наявную проблему бытия современной России — вопрос о ее территориальной целостности и государственной безопасности. При всем различии оценок и мнений в них четко просматривалась качественно новая постчеченская ситуация, в которой отгремевший вооруженный конфликт занимал уже не центральное место, а рассматривался как стартовая позиция для выхода на более широкую, на сей раз геополитическую проблему — быть России иль не быть.
«Империя должна умереть, и первый камень на ее могилу положит Чеченская республика Ичкерия», — наверное, этими словами одного из выступавших можно сформулировать основную мысль и направленность Всемирного конгресса чеченских диаспор, прошедшего в Одессе.