Добриллион [Litres]

– Когда у тебя чего-то больше, – сказала мама, – принято делиться. Например, если тебе на день рождения подарили целый мешок конфет, ты ведь угостишь друзей? Высыпешь конфеты в миску и пустишь ее по кругу. Ты ведь не забьешься в угол, чтобы слопать все в одиночестве?

Франк не ответил. На кухонном столе лежал пакет улиток с корицей. Мама только что достала его из морозилки. Они поделят улитки – каждому по две.

– Ты со мной согласен? – спросила мама.

– Ну да, – ответил Франк, – если с этой стороны смотреть.

– Я смотрю с этой стороны, потому что больше неоткуда, – сказала мама. – Нет никакой другой стороны.

Она сделала глоток из чашки и поглядела в окно.

– Кроме того, я думаю, теперь меня будут меньше донимать. Как считаешь?

– Откуда мне знать, – ответил Франк. Он не понял, кого она имеет в виду – его или окружающих. Он вытащил из кармана салфетку. Попробовал разложить ее на столе, чтобы помещение стало более гармоничным.

Всю ночь шел дождь, и около школы образовалась большая лужа, в которой наутро стоял Пол. И плевался в проходящих мимо детей – как будто вода из лужи поднималась вверх по ногам и превращалась в плевки.

– Франк-попал-под-танк! Венке-лбом-об-стенку! Эмма-наелась-крема!

Эмме, к слову, было все равно. Она только и сказала: «Пф-ф!» – и пошла дальше, а Пол продолжил надрываться.

Но когда пришел малыш Бьёрге, Пол не сумел подобрать рифму. «Повезло мне, что я Бьёрге», – подумал Бьёрге. Но Пол не хотел, чтобы кто-то остался неохваченным. Поэтому он заранее стащил губку из кладовки. Он макнул губку в лужу, и лужа поместилась туда почти вся. А потом кинул губку в Бьёрге. Он попал не в лицо, куда наверняка целился, а всего лишь в плечо – губка врезалась с громким плюхом. Но маленькому Бьёрге и этого хватило, чтобы разреветься. Теперь он не хотел идти на первый урок, он хотел стирать свою курточку, хотя помощник учителя уже протер ее тряпочкой.

– Пол плохой! – пожаловался Бьёрге.

– Есть в нем кое-что не очень хорошее, – согласился помощник учителя.

– Какашки! – сказал Бьёрге.

– Он очень глупо поступает. Ему же будет хуже.

Помощник учителя оторвал бумажное полотенце от рулона на стене. Бьёрге высморкался.

– Он это нарочно, – пожаловался Бьёрге. На бумагу капали слезы. Так что отнимать полотенце от лица не было никакого смысла. Слёзы лились из глаз, из носа и даже изо рта.

– Я ему отомщу, – хныкал Бьёрге.

– Не отомстишь.

– Еще как отомщу! Я крикну ему какую-нибудь гадость. Мы с Нурой и папой вчера об этом говорили.

– Да ну?

Бьёрге бросил бумажное полотенце в ведро. До рулона на стене он сам дотянуться не мог, и помощник учителя оторвал ему еще кусок.

– Папа сказал, что Пол – просто дурак в луже. Что он только ругаться и умеет. Как тролль под мостом.

– Я тоже так думаю, – согласился помощник учителя. – Тебе уже лучше?