Мужество любви [Автобиографический роман]

— Выигран бой за индустриализацию ЦЧО! — радостно комментировал Котов. — Историческая победа!.. Для нашего отдела, ребятки, наступает жаркая пора. Все впереди, все впереди!.. Вы понимаете, какой это удар по тем скептикам, но тем политически близоруким плановикам, которые «острили», что, мол, в ЦЧО нет никаких предпосылок для тяжелой промышленности, а есть только тяжелое положение, что, дескать, наша область аграрно-отсталая, область лаптей, — усмехнулся Котов. — Вот теперь мы докажем, что не лаптями щи хлебаем!

Он продолжал читать. По выплавке чугуна, говорилось в докладе, наша страна пока что на шестом месте в мире. Между тем в Липецком бассейне семьсот миллионов тонн промышленной руды, а в Курской Магнитке таится восемьдесят процентов всех запасов магнитного железняка, коими располагает СССР. Если к этому богатству не будут теперь же, безотлагательно, приложены руки, настойчиво подчеркивал секретарь обкома, то мы окажемся похожими на нищих, которые сидят на золотой скамье.

— Учтите, ребятки, — заметил Котов, — медлить, раскачиваться нам тоже нельзя. Начнем готовить две полосы: о Липецке и Курской Магнитке!

— А не послать ли нам выездную редакцию в Липецк? — предложила Каледина.

— Выездную?.. — Котов задумался.

В тишину комнаты вдруг ворвался телефонный звонок. Котов поспешно снял трубку.

— Простите, совещание… Товарищ Елозо?.. Извините… Есть!

Он порывисто прижал рычажок аппарата.

— Вызывают в отдел печати.

Вернулся в середине дня. Не переставая курил. На мои недоуменные вопросы отделывался смешком. Позвонил Шверу, попросил срочной встречи.

Долго сидел у редактора. Пришел в отдел с какой-то непонятной улыбкой.

Я подошел к нему.

— Давай, Котыч, организуем соревнование Липецка с Курском.

— Давай… Что, что? Какое соревнование?

— Социалистическое.

— Сейчас, понимаешь, мне… Это большой вопрос. С кондачка не решают. И потом… (Глаза у него покраснели.)

— Ты чем-то озабочен…

— Как тебе сказать…

— Говори прямо: выдвигают или задвигают?

— И то и другое!

Наш разговор нарушил Живоглядов.

— Я к тебе, Александр Дмитриевич, как член месткома. С первого августа идешь в отпуск. Распишись, пока…

— Еще не устал! — сердито оборвал Котов.

— По графику положено, дружище.

— К черту все графики, все списки! Вычеркни меня!

— Запсиховал?.. — с усмешкой проговорил Живоглядов и ушел, поскрипывая ботинками.

Стало ясно: Котов уходит или его «уходят» из «Коммуны».

— Да, ухожу! — признался он, провожая меня на вокзал, к дачному поезду. — Назначают редактором в Рассказовский район.

— В район?.. А как же без тебя Липецк, КМА?

— Незаменимых нет!.. Понимаешь, сначала в отделе печати обкома я возражал. Затем посоветовался со Швером. Он рассеял все мои мрачные мысли. Я позвонил Елозе: «Оформляйте. Согласен…» Понимаешь, это даже интересно, даже, черт возьми, почетно!.. По всей стране, ты знаешь, создается сеть районных газет. Постановление ЦК… В ЦЧО — восемьдесят новых газет открываются! А рассказовскую решили сделать образцовой. И название подходящее дают: «Вперед»!