Помощница Повелителя чудовищ

На пороге логова нас встречала белоснежная пушистая киса, которая сторожила мой сон и была подушкой под голову. Красавица потянулась и прильнула к ноге хозяина, не скупясь на ласку, а вот на меня посмотрела предостерегающе. Ясно, в ком-то проснулись собственнические чувства.

– Не вздумай давать ей имя, – предостерёг змей, словно угадав мои намеренья. Эх, я уже почти было… – Это младшая сестра той, которую ты назвала Клео.

– Ладно, буду звать просто красавица, – покосилась на кису, теперь отмечая некоторое сходство с бакэнэко, и добавила: – Не волнуйся, я не претендую на твоего Повелителя, не нужно уничтожать меня взглядом, – усмехнулась и обошла кису, намереваясь снять обувь.

В логове у змея довольно чисто, пол устлан коврами, жаль марать.

– «Красавица» тоже имя, никак не зови, – велел он и неожиданно придержал меня за руку, чтобы не завалилась набок. – А я попытаюсь исправить твою ошибку.

Сняла ботинок и выпрямилась, заглянув в глаза змея.

– Пока я не знаю, чем грозит то, что я дала демонице имя, я не считаю это ошибкой, – самодовольно улыбнулась и наклонилась вновь, чтобы избавиться от второго ботинка.

Над головой раздался тяжкий вздох.

– Демонам дают имена, если хотят заключить с ними сделку. Обычно просят защиту или убить кого-нибудь, но надо быть готовым отплатить за услугу бакэнэко собственной кровью. Нет, она не лишает человека жизни, но вместе с выпитой кровью, поглощает часть души. Люди, заплатившие демону кровью, потом напоминают живых кукол. Бесчувственных и пустых.

– Э-э… – протянула изумлённо. – Но я ничего не просила. Хотя… просила дать мне спокойно покормить медвежонка. Выходит, я должна Клео позволить выпить мою кровь?

Светлые брови Ишиды сошлись в переносице.

– Я не вижу на тебе печати демона.

– И что это значит? – моргнула непонимающе. Сестра моей Клео смешно наморщила нос и звонко чихнула, словно специально. Вот проказница.

– Это значит… – змей взял меня за плечи и подвинул в сторону, позволяя двери на входе в логово автоматически закрыться. Или механически? – Значит, бакэнэко будет повсюду следовать за тобой, пока не получит приказ, пока не получит свою плату за его выполнение.

– А дверь… – я указала себе за спину, растерянно хлопая ресницами.

– Механизм. Ты стояла на плитке, не позволяя ей закрыться, – змей наклонился, откинул край ковра и показал ту самую плитку.

– Аа, – протянула, улыбнувшись. – У вас тут всё схвачено.

Змей стал мрачным.

– Кажется, ты не понимаешь всю серьёзность своего поступка.

– Почему же? – хмыкнула, сняла верхнюю одежду с шапкой и прошла за стол, такие обычно в тематических тавернах ставят и пабах. Тёмный, на крепких опорах и вместо стульев скамья. – Если не найдём способ разорвать образовавшуюся между мной и бакэнэко связь, она так и будет следовать за мной. Или мне придётся что-то попросить и заплатить за это кровью и частью души. По-моему, всё очень понятно.

– И? – на змея было жалко смотреть, такой вид потерянный. И обречённый.

– И всё просто, – подпёрла голову кулаком и огляделась. В этой части логова я была мимоходом и толком ничего не разглядела. Помещение что-то вроде передней совмещённой с кухней. Только вместо привычной мне бытовой техники, у стены стояло что-то похожее на печь. – Либо я ничего просить не стану и буду искать способ отвязаться от Клео, либо поймаем браконьера и заплатим его кровью за мою просьбу. А что вы так удивлённо смотрите? Есть вероятность, что Клео не откажется, – и глазками невинно так хлоп-хлоп.

Киса обошла стол и уселась в углу, заинтересованно изучая меня своими огромными глазищами. Повелитель хотел что-то сказать, но издал лишь задумчивое «гм», снял обувь, повесил на треногую вешалку сюртук и подошёл к полкам с крупами и кастрюлями. В пенале стояли кружки, в металлической подставке ложки, я приметила чугунок и котелок с чистой судя по всему питьевой водой. А внизу стояли баки точно такие же, что на улице. В них, наверное, тоже что-то хранится. В общем, не всё так плохо. Жить можно.