Россия и Дон. История донского казачества 1549—1917
- Автор: Сватиков Сергей Григорьевич
- Год: 2022
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-227-09122-2
- Жанр: Исторические приключения
Электронная книга - «Россия и Дон. История донского казачества 1549—1917». Краткое содержание книги:
Сватиков изучил колоссальное количество монографий, общих трудов, статей и различных материалов, которые до него в отношении Дона не были проработаны. История казачества представляет громадный интерес как ценный опыт разрешения самим народом вековых задач построения жизни на началах свободы и равенства. В последнее время научные выводы Сватикова, касающиеся казачьей истории, оказались востребованными зарубежными и отечественными исследователями. Книга обстоятельна, глубока и будет интересна не только профессиональным историкам.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Социальное неравенство Московского государства вызвало в казачестве обостренное сознание полного равенства и стремление к нему. Общеизвестен ответ казаков русскому послу в Константинополе графу Нащокину, ехавшему в 1592 г. через Дон. Он привез в дар казакам сукна и, по московскому приказу, исходившему из глубоко укоренившегося понятия о неравенстве, «хотел, разверстав, раздать лутчим добрые, а рядовым средние, а иным рославские» (очевидно, рославские сукна были третьего сорта). «И они (казаки) говорили, что у них больших нет никого, все равны, и разделят сами на все войска, по чему достанетца»[36].
В XVII в. на предложение московского правительства прислать в Москву, в состав посольства, «лутчих» людей донские казаки ответили, что «лутчих людей у них нет, все они меж себя равны: лутчие – ково они, выбрав войском, пошлют»[37].
В социальном отношении казачество, по происхождению, представляло собой весьма пеструю группу: здесь можно было встретить и бывших царских стрельцов, и служилых людей, и дворян. Все они теряли свои титулы и фамилии, оставалось лишь именование по отчеству или какая-нибудь казачья кличка[38].
Котошихин, в 1666–1667 гг., писал о донских казаках: «а люди они породою москвичи и иных городов, и новокрещенные татаровья, и запорожские казаки, и поляки, и многие из них московских бояр и торговые люди и крестьяне»; в одной отписке царю, в 1675 г., казаки писали: «А на твою государеву отчину, на реку Дон, приходят к нам… всяких чинов люди и иноземцы, надеючись на твою государеву премногую милость, и теми людьми твоя государская река наполняется и служат тебе, великому государю, за едино». В 1592 г. среди фамилий атаманов на Дону встречается фамилия Воейков, старая дворянская. Но дворян попадало на Дон очень мало[39].
Главную массу казачества составляли представители низших сословий, в особенности же крестьянства вольного или уходившего на Дон от закабаления и холопства. Уложение царя Алексея Михайловича свело воедино все прежние законы, закрепощавшие крестьян помещикам. С другой стороны, царствование Алексея Михайловича ознаменовано грандиозными религиозными гонениями на тех, кто, вопреки постановлениям господствующей церкви, не пожелал согласиться на исправление богослужебных книг и на отказ от старых обрядов в области веры. Люди, желавшие верить по-своему, искали убежища на Дону, в вольной колонии русского народа, в среде донского казачества, и находили здесь свободу веры.
В течение первых ста лет своего существования казачество пополнялось почти исключительно притоком взрослых мужчин, покидавших Московское царство в поисках политической, религиозной или социальной свободы. Браки начались лишь в XVII в., когда войско стало терять свой характер военного братства, своеобразного рыцарского ордена.
В первую эпоху существования казачества никаких сословий на Дону не существовало. Все были свободны, все были равны между собою, все были воинами, а в мирное время охотниками и рыболовами.
До третьей четверти XVII в. занятие хлебопашеством не было известно на Дону. В 1685 г. тамбовские жители доносили царю о казаках: «напред сего по р. Хопру и по Медведице отнюдь пашню не пахивали и никакого хлеба не севали, а важивали хлеб из русских городов и кормилися зверми и рыбою, а ныне-де в тех (казачьих) городках, они (казаки) завели пашню; и слыша то, что они, казаки, пашню пашут и хлеб сеют, дворцовые, и помещиковы, и вотчинниковы, и монастырские крестьяне и бобыли и боярские холопи к ним, казакам, бегают»[40].
Еще в 1690 г. хлебопашество на Дону воспрещалось под угрозой смертной казни войсковой грамотой[41]. Причина этого, как мы указали выше, заключалась в том, что земледельческий труд в России XVI–XVII вв. вел к закабалению свободного землепашца, к рабству экономическому и личному.
Итак, казаки все были люди свободные. Однако еще в XVIII в. существовал на Дону институт рабства. Рабами, хотя и в весьма малом количестве, были пленники, называвшиеся на Дону татарским словом «ясырь». Казаки брали пленников исключительно для выкупа. Впоследствии из ясырок стали они себе брать жен. У знатных казаков ясырки стали работницами, прислугою, и еще до начала XIX в. горничных на Дону звали ясырками. Казаки считали себя вправе убить невыкупленного раба или продать его в Москву. Впоследствии, когда началось на Дону скотоводство и земледелие, ясыри были пастухами и работниками на пашне. Во второй половине XVII в. представители казацкой старшины уже покупали «ясырей» у рядовых казаков[42].
36
Историческое описание. С. 57.
37
Донские дела. Т. I. С. 660–661.
38
Иногда фамилии казачьи указывают на происхождение их из определенной местности: Мещеряк, Калуженин, Стародубец, Трубчанин, Самаренинов. Иногда они происходят от имени городка: Богаевский. Маноцков, Кумшацкий; или от местности на Дону: Миюсский. Иногда она подчеркивает какое-нибудь качество физическое или моральное: Картавый, Бедрищев, Жопин, Сухоруков, Хиловатый, Нос, Рот, Косой, Скалозуб, Хороший, Смирный, Плохой. Более оригинальные клички: Лебяжья Шея, Долгая Пола, Вострая Игла, Чертов Ус. О рыболовах говорят фамилии: Ершов, Карасев, Стерлядев, Сула. О страданиях от турок на галере («каторге») говорит фамилия Каторжный. Для пролетарского происхождения казачества характерны фамилии: Голодный, Голый, Драный. Есть клички поносительные: Дура, Ебалда и т. п., даже неудобосказуемые. Чаще же всего фамилии происходят от имени собственного: Ефремовы, Харламовы, Васильевы и т. п. Ср. указатели в Донские дела. Т. I–V; Лишин А.А. Акты. Т. I–III и т. п.
39
Х.И. Попов пытается доказать, что в том же 1592 г. был еще атаман князей Трубецкой. На самом деле это был Трубецких, то есть бывший человек или крестьянин князей Трубецких, а не князь Трубецкой.
40
Дополнение к Актам историческим. Т. XII. С. 124.
41
Труды статистического комитета. Вып. I. 1867. С. 73; Дружинин В.Г. Раскол на Дону. С. 16.
42
Дополнения к Актам историческим. Т. XII. С. 198. Кроме своих же атаманов, покупали «ясырей» приезжие на Дон торговые люди. В 1651 г. «для покупки полоняников и всякия рухляди приезжали на Дон из государевых городов торговые люди из Астрахани и из Царицына и из иных из многих городов, и ясырь у казаков покупали рублев по 20, и по 30, и по 40 человека». Исторические описания. С. 386.