Раппорт. Как найти подход к собеседнику любой сложности [Rapport: The Four Ways to Read People]

— Я хочу поговорить с ней, вот и все. Она не выходит, не хочет меня видеть, не отвечает на звонки, понимаешь! Ты хоть представляешь, каково это?! Кто-то становится для тебя целым миром, а потом резко тебя отшивает! Ой, да что ты понимаешь… — бормотал Томас.

Он все еще был на взводе, но теперь смотрел на Мэри Энн так, будто собирался расплакаться, а не убить ее.

— Я понимаю, ты очень расстроен. Более того, ты в отчаянии и пришел сюда, чтобы выговориться. Влюбленные иногда ведут себя как сумасшедшие. Но Томас, когда я подъехала, ты угрожал убить ее и все тут сжечь!

— Да, но ведь она не выходит! — сказал Томас, защищаясь как ребенок, будто это был вполне аргументированный ответ.

— Ты пил сегодня? — спросила Мэри Энн.

— Ну да, немного, — пробормотал он.

Они говорили еще около десяти минут довольно тихо, и я мало что услышала, но даже внешне можно было заметить, как меняется Томас. Он начал успокаиваться, прислонился к стене и уже не боялся смотреть Мэри Энн в глаза. Они отошли от ступенек здания и подошли к машине.

Мэри Энн сказала ему:

— Томас, ты же понимаешь, что мне придется тебя увести? Когда человек кричит и угрожает всем в округе, он попадает в полицейский участок, так ведь?

Он помолчал, будто размышляя, удастся ли ему сбежать, но затем ответил:

— Да, да, я знаю.

В этот момент подъехала еще одна патрульная машина, и из нее вышли двое офицеров-мужчин. Я даже не заметила, как Мэри Энн вызвала их по рации.

— А эти здоровяки, как я понял, нацепят на меня наручники? — сказал Томас и снова начал злиться.

— Томас, — сказала Мэри Энн, — посмотри на себя. Ты размером со шкаф, так что да, я позвала подкрепление. Но давай будем придерживаться плана, ладно? Мы наденем на тебя наручники, но в этом нет ничего страшного. У тебя точно ничего нет? Не хотелось бы сюрпризов.

Томас отрицательно помотал головой.

— Отлично. Мы поедем в участок и во всем разберемся, хорошо? — спросила Мэри Энн.

Томас неохотно кивнул в ответ.

«Это было великолепно», — подумала я. Эта крошечная женщина-полицейский приручила такого огромного пьяного зверя. Он и правда согласился на арест! Как она это сделала? Как она уговорила его встать на свою сторону?

Один из полицейских обошел машину, чтобы надеть на Томаса наручники. Он наклонил его к багажнику и похлопал по его брюкам. Томас начал подстрекать полицейского. Он нес какую-то чушь, но больше ничего не делал. Он говорил и говорил… и так продолжалось, пока офицер резко не ударил Томаса головой о багажник. Всего одно быстрое движение. Бац! А потом начался ад…

Томас начал драться и пинаться, пытаясь ударить кого-нибудь рядом с собой. Все трое полицейских, включая Мэри Энн, сразу же набросились на него. Вскоре они превратились в огромную кучу из рук и ног, где трое пытаются усмирить огромного пьяного человека.

Наконец, я увидела из-за машины, как они связали Томаса стяжками, и он лежал на земле лицом вниз. Офицеры подняли его и посадили на заднее сиденье одной из машин. Когда дверь захлопнулась, он продолжал ругаться и плеваться в них.