Частичка тебя. На память

Как будто мне было мало, быть его ошибкой.

Скажи по-другому, Ник. Спроси!

Готова ли я видеть, как ты гуляешь со своей принцессой за ручку и лобызаешь её в щечку, думать, как ты затаскиваешь её в постель, стягиваешь с неё платье…

Шепчешь ли ты её имя по ночам? Не сбиваешься ли на то, другое, как в одну единственную ночь со мной?

Нет, конечно, я к этому не готова. Но какой у меня выбор?

«Дорогая, просто затолкай себе свою любовь в… самый темный угол под кровать. И на работу не приноси».

Хорошая идея. Так и сделаю. Я себя, в конце концов, не на помойке нашла.

— Не смешите, Николай Андреевич, — усмехаюсь ядовито, впиваясь взглядом в такую твердую голубую синь, — Мне действительно кровь из носу нужна хорошая работа. Если условия соответствуют описанным — я готова выйти хоть завтра. А что касаемо вашей невесты… Я не могу позволить себе еще одно пятно на репутации. Так что работать буду так, как никогда раньше. Хоть гарем себе заведите, главное, чтобы ущерба для трудовой дисциплины не было.

Субординация — волшебная вещь. Обожаю того, кто её придумал. Ледяной доспех делового этикета замечательно скрывает исполосованную в лохмотья душу. Бей меня еще, дорогой, я все вынесу.

Я это умею. Я в этом виде спорта неоспоримый чемпион.

— Только рабочие отношения, — проговариваю я вслух, хотя, честно говоря, с чего я взяла, что ему интересно что-то еще? Если бы не больная совесть — черта с два бы он мне перезвонил.

Ник молчит с минуту.

Как мы до этого докатились?

От таких частых вечеров в компании друг друга, от совместных выходных и обедов, до… вот этой холодной войны. Хотя…

Пусть будет холодная война.

Любая оттепель размажет меня в кисель.

За доспехом стервы да сгинет эта бессмысленная любовь. Сгниет и усохнет.

Кем я могла бы быть ему сейчас? Другом семьи? Подружкой невесты? Крестной матерью его детей?

Это еще хуже, чем просто быть влюбленной дурой из френдзоны.

— Что ж, я рад, что мы с тобой поняли друг друга, Эндж, — голос Ника, кажется, смягчается. А меня это бесит. Мне не нужно его тепло и одобрение. Не после этих весьма четко озвученных угроз. — Жду тебя завтра к десяти, — озвучивает он напоследок, — оффер пришлю на электронку, если не приедешь — буду рассматривать другие варианты.

Незаменимых нет.

— Я приеду, — безразлично откликаюсь я.

Кажется, во мне что-то в который раз умерло.

Я поднимаюсь со скамейки.

Хочется прогуляться, продышаться, отвлечься.

По уму — мне стоило отказаться.

Имей я гордость и хоть какой-нибудь запасной вариант…

Вот только какой у меня запасной вариант?

Вяземский?

Это уже за рамками всего возможного.

Да и Ангелина что-то по второй линии не звонит…

Ладно, Ник, ладно.

Хочешь рабочих отношений — будут тебе рабочие отношения.