Inside out: моя неидеальная история

Ее нарастающее саморазрушение приводило к попыткам понять, чем я отличаюсь от нее, и я убеждала себя, что я – другой человек, не такой, как она. Однако с каждым разом моя неуверенность в этом все больше усиливалась.

Я была девочкой, чья мать всегда пыталась покончить с собой, девочкой, которую бросили два отца. Внезапно мое косоглазие оказалось очевидным физическим проявлением правды обо мне – я была сломленной, и каждый мог это сказать. Как раз перед тем, как мне исполнилось пятнадцать, мне сделали операцию, окончательно исправившую мое зрение, но в своем сознании я оставалась такой же сломленной.

Все это совпало с половым созреванием. Физические изменения сбивали меня с толку, ведь из худощавого косоглазого ребенка я становилась девушкой, которую хотели мужчины. Появление сексуальности глубоко в душе вызывало стыд. Пройдут десятилетия, прежде чем я смогу разделять эти два понятия.

Я начала проводить время с парой парней, которые жили в конце коридора, – они относились ко мне очень дружелюбно. Правда, ребята были старше меня, им тогда было примерно по двадцать лет. Думаю, что я просто пыталась впечатлить их и старалась вести себя круто и по-взрослому, чтобы присоединиться к их компании. Иногда они заходили в гости, когда я была одна дома, а иногда я бродила по коридорам и заглядывала к ним, чтобы поболтать.

Однажды вечером в их квартире мы пили пиво и между делом флиртовали друг с другом. Сначала было весело. Я была невинна и только начинала понимать, какой эффект произвожу на противоположный пол. Однако к последствиям я явно была не готова. Один из парней начал действовать, в то время как другой исчез. Очевидно, он давно хотел этого, но почему-то я чувствовала, что у меня нет выбора, что это моя обязанность – оправдать его ожидания, потому что он проводил со мной время. Я корила себя за собственные провокации и попытки выглядеть старше.

После этого на душе было пусто, я почувствовала себя использованной – новое ощущение одиночества.

Джинни не очень сильно волновало, как я адаптировалась на новом месте – в Высшей школе Фэйрфакса. Ее не волновал мой табель успеваемости – честно признаться, она даже не подозревала о существовании таких вещей. Мы были словно подружки, которые проводят вместе время. Она никогда не разговаривала со мной о моем будущем, не давала никаких советов по поводу колледжа, все обсуждения вертелись вокруг ее несчастной жизни – мы говорили о том, что она лишила себя большего и как хотела найти мужчину, которого заслуживает.

На некоторое время Джинни нашла такого – его звали Рон Фелиция, у него была своя студия звукозаписи. У них действительно были на первый взгляд нормальные отношения, он делал ее спокойнее, когда они были вместе. Мы даже съехались с ним на несколько месяцев. Кстати, мне не надо было снова менять школу, хотя я была бы не прочь, поскольку в Высшей школе Фэйрфакса ничем, собственно, не занималась. В старших классах учеба меня уже не вдохновляла, поэтому я просто старалась пережить это время. Из тысячи ребят, с которыми я училась, мне удалось завести лишь нескольких друзей. (Кстати, мне жаль, что я тогда не смогла пересечься с Фли[26] и Энтони Кидисом[27] – они как раз учились в это время в Фэйрфаксе. Мы стали общаться только спустя десятилетия, но я сомневаюсь, что тогда в школе могла влиться в их компанию.)