Как нашли убийцу? Каждое тело оставляет след

– О-о-о, хорошо, – сказала я. Я была заинтригована – прежде со мной никогда не связывалась полиция. – А в чем вопрос?

– Вы… полиолог?

– Не совсем, – ответила я, изо всех сил пытаясь изображать терпимость к этой распространенной ошибке. – Я палинолог.

Палинология. Буквально «наука о пыли» или, чтобы было понятней, наука о пыльце, спорах и всех остальных микроскопических палиноморфах, а также о других частицах, собираемых из воздуха, воды, осадочных пород, некоторых видов почв и растительности.

Детектив на другом конце провода все еще ждал ответа.

– А зачем вам понадобился палинолог? – поинтересовалась я.

Он не стал ходить вокруг да около:

– У нас убийство.

Я чуть не рассмеялась – очень уж забавно звучала эта фраза с его шотландским акцентом. Все это казалось настолько неправдоподобным, что запросто могло быть взято из какой-нибудь пьесы в Уэст-Энде.

– Убийство? А как я могу вам помочь?

– У нас есть тело, а еще машина.

Я частенько вспоминаю этот разговор, ставший поворотным моментом в моей жизни. Дело в том, что при первом упоминании слова «убийство» я была более чем заинтригована. Когда день изо дня работаешь в лаборатории, порой вмешательство из внешнего мира более чем приветствуется. Если не считать членов семьи, я никогда прежде не видела мертвецов, хотя в Королевском колледже читала лекции о процессах разложения материи после смерти. Для этого необходимо понимание функций, выполняемых микроскопическими животными, бактериями и грибами при разрушении тканей, будь то мертвые птицы или поваленные деревья. Был ли переход к мертвым людям таким уж большим шагом? В академическом смысле, пожалуй, и нет, однако во всех остальных смыслах это был прыжок в неизвестность, к которому я не готовилась.

Я слушала, и детектив рассказывал мне все, что считал нужным. Тело было обнаружено в траншее на поле, где-то в сельской местности Хартфордшира, однако все указывало на непредумышленное убийство.

– Мы имеем дело с преступлением китайской триады.

Я слышала о ней только по телевизору и никогда особо не верила в ее существование. Вместе с тем, было известно, что триады – жестокие организации, а их деятельность имеет серьезные последствия. В данном случае они не собирались убивать жертву: похитили мужчину в день его свадьбы, причем не из супружеского ложа, а из кровати проститутки. Должна сказать, я была весьма поражена этим обстоятельством, никогда ни с чем подобным не сталкивалась. Там, где я жила, не было даже граффити на стенах, хотя на вокзале порой и воровали велосипеды.