Западный Берлин и советская дипломатия (1963–1969 гг.)

Однако западные державы, прежде всего США, толковали исход карибского кризиса как поражение СССР и советское отступление. В связи с этим они делали вывод о том, что «в ближайшее время Советский Союз не пойдет на какие-либо шаги в германском вопросе»[96].

Такое представление западных держав о позиции СССР еще более усилила речь Н. С. Хрущева на VI съезде СЕПТ в январе 1963 г. Повторение штампов и стереотипов, многократно использованных им и другими советскими руководителями в предыдущие месяцы, ничего в этом плане не меняло. Речь Хрущева, по мнению советского посольства в ГДР, была расценена на Западе как «показатель того, что Советский Союз после закрытия границы с Западным Берлином, по-видимому, удовлетворен достигнутыми в этом отношении результатами и не будет выступать в ближайшее время с какой-то новой инициативой»[97]. «Штиль в Западном Берлине и вокруг него» — так многие западные средства массовой информации комментировали ситуацию, сложившуюся в западноберлинском вопросе в первой половине 1963 г.

Правда, некоторые высказывания Хрущева оставляли двойственное впечатление. С одной стороны, его требования превратить Западный Берлин в демилитаризованный вольный город не были столь категоричны, как раньше. С другой стороны, высказывания советского лидера не могли не вызывать настороженности общественности западных стран. Это касалось и содержания, и формы высказываний Хрущева. В целом же обстановка вокруг Западного Берлина впервой половине 1963 г. была относительно спокойной. Советское посольство в ГДР характеризовало ее как «временное затишье.» Оно считало, что сохранение такого положения не в интересах СССР[98].

Аргументы посольства, изложенные в информации, направленной в МИД 28 июня 1963 г., сводились к следующему.

Во-первых, как это видно из заявлений Кеннеди, Раска[99] и других американских официальных лиц, США не проявляли заинтересованности в германском мирном урегулировании и решении на этой основе вопроса о Западном Берлине. Поэтому Вашингтон всячески затягивал переговоры о будущем бывшей германской столицы. Раск, в частности, на заседании Совета НАТО в Оттаве в мае 1963 г. прямо заявил, что «США ничего не будет предпринимать, чтобы нарушить установившееся сейчас затишье вокруг вопроса о Берлине, которое выгодно для западных держав»[100]. Такая позиция США, отмечало советское посольство, объясняется тем, что «нынешнее положение в Германии полностью устраивает западные державы и активно используется ими в своих интересах в ущерб нам и другим социалистическим странам, особенно ГДР»[101].