В поисках Лин. История о войне и о семье, утраченной и обретенной

Через десять минут они уже в пригороде – кругом фермы и промышленные склады. Тут-то и водятся головастики: в застойной канаве, к которой спускается скользкий склон, поросший травой и ежевикой. Кес осторожно сползает по нему. В правой руке палка, он опирается на нее, чтобы не упасть, в левой – банка. Он оглядывается на Лин, потом окунает банку в воду. Сначала Лин никак не поймет зачем, но вид у Кеса довольный. Он подносит склянку к глазам, потом выкарабкивается по откосу назад. Теперь банка до краев полна мутно-зеленой воды, которая выплескивается Кесу на руку.

Лин едва решается потрогать мокрую банку, поэтому не сразу различает в воде странное существо с лапками и хвостом. Она никогда такого не видела, хотя в школе им и рассказывали про головастиков. Этот похож на неправильную лягушку. Вскоре и Лин осмеливается поймать одного и вдруг понимает, что съезжает по скользкому откосу в канаву. Она случайно зачерпывает ботинком воду, и – о ужас! – кажется, что-то забирается внутрь. Кес – само спокойствие, подбадривает ее, подсказывает, как ловчее действовать. Вскоре они уже трудятся слаженно, как два давних товарища, Лин шарит в воде все увереннее, и воздух звенит от восторженных воплей. Наконец набирается полная банка крошечных чудовищ. Внимательно изучая улов через стекло, Кес и Лин дают каждому имя, придумывают, какой у кого характер, а потом опорожняют банку над мутной канавой.

Общее приключение связывает Кеса и Лин крепкой дружбой. Будут и другие вылазки. Кес учит девочку звонить в чужие двери, быстро прятаться неподалеку и высматривать, что будет. Еще они забираются на большой мост над каналом и глядят на баржи, а Кес кидает вниз камушки, стараясь попасть в цель. Стрелок он меткий, и частенько оба, довольные, слышат звон разбитого стекла. Весь Дордт и его окрестности служат им площадкой для игр, и Кес с Лин исчезают на целый день – летний, невероятно длинный день. Они живут по правилам, которые сами себе придумали, радуясь своей вольной жизни, как умеют лишь дети. А домой на Билдердейкстрат они возвращаются героями-завоевателями, достойными ожидающего их пиршества из картошки, брюссельской капусты и тефтелей.

Впервые в жизни у Лин не болит живот. Она с аппетитом ест в маленькой кухне, ей нравятся суета и гам, она упивается свободой. Дома она нянчится с маленькой Марианной, кормит ее, рассказывает сказки – по фразе на каждую ложку. Как и все, Лин выполняет домашние правила – соблюдает чистоту, встает, ложится спать, ест в определенное время, – но вообще-то от нее почти ничего не требуют. Тетушка готовит, стирает, моет, убирает, как будто даже не задумываясь, а к ужину любой может привести друзей. Если вечером дядя занимается, все притихают. Лин его немножко боится, но и восхищается без меры. Окружающие ловят каждое его слово и всегда выполняют все, что он ни скажет.