По волнам чужих воспоминаний

Иван понял, что немного перегибает палку, но к его удивлению, Людмила Николаевна восприняла это как надо и даже не стала поднимать очередной шум.

– Ладно, иди, я в журнале исправлю, а с дневником подойдешь, когда никого не будет! – тихо произнесла учительница, заметив, что в класс постепенно начали возвращаться ученики, и указала Ивану на место.

Все всё поняли, и каждый остался со своими мыслями: Людмила Николаевна с вопросом, сможет ли ей помочь школьник. А герой с тем, что все правильно сделал.

– А я думала, ты меня ждешь! – с легкой обидой произнесла Алена, подойдя к нему из-за спины и нагнувшись к его уху.

– Блин! Испугала! – отпрыгнув, ответил мальчик и ошарашенно посмотрел сначала на дверь, возле которой он стоял, а потом на девочку.

Алена мило рассмеялась.

– Я тебя ждал возле вашего кабинета, а вас все нет и нет! – оправдывался Иван, размахивая руками, чтобы подтвердить свои слова жестами.

– Так это не мой класс, ты что, не помнишь? Мы же там учились… ну в смысле, учимся. Ну ты понял! – запуталась Алена, тоже включив жестикуляцию, и посмотрела собеседнику в глаза, предвкушая ожидаемый вопрос.

– Вот, да! Учились! Почему я здесь? Что это значит? Что за прибор? Что происходит? – завалил вопросами девочку Иван, не в состоянии четко сформулировать то, что он хотел спросить. Но он задал все вопросы, что были в голове, и теперь надеялся, что услышит внятный ответ, который все поставит на свои места.

– Не знаю, с чего начать… Прибор! С его помощью я могу перемещаться во времени. Точнее, возвращаться в определённую точку, которая уже прожита, и смотреть, как все развивалось или могло бы развиться, поступил бы ты не так, как поступил в прошлом. Долго объяснять, тебе с этим надо пожить, понять. А почему именно ты? Так ты обо мне слишком много думаешь в последнее время, в отличие от остальных, причем не так уж и плохо… – серьезно ответила Алена. В ее слова можно было верить, но понять их было нелегко.

– Так это не сон? – удивленно ответил Иван, стараясь по ниточке собирать информацию, чтобы ее как следует переварить.

– Как знать! Как знать! – приподняв плечи, ответила Алена с легкой улыбкой и принялась что-то вертеть в своем устройстве.

Через мгновение все поменялось, пропало все вокруг, Иван попал в какую-то черную бездну, как будто он жил в двухцветном черно-белом мире. Он падал из чего-то прозрачного во что-то обволакивающее и далекое. Перед глазами застыл последний кадр: знакомое лицо девочки, которая так и не ответила на все вопросы.

Иван резко встал, сбросив одеяло. Перед ним мелькала телевизионная рябь, слева стул, на котором стояла недопитая бутылка водки, рядом пустой стакан для сока и надкушенный пирожок. Затхлый запах пробился в нос. Мешки под глазами свисли до щек, щеки свисли до подбородка, а подбородок повис до шеи. Похмелье буйствовало изо всех сил.

– Надо бросать пить! – замедленно произнес Иван и пошел к умывальнику, пытаясь понять, что это все значило.