Избранные произведения в одном томе

— Вот, — сказал он, — посмотри. — Он осветил стену электрическим фонарем.

Каменное лицо уставилось на нее. Оно было огромным. Длина от крокодильей макушки до подбородка равнялась росту Хатч. Оно смотрело куда-то за ее спиной, как будто следило взглядом за кем-то уходящим.

Глаза глубоко посажены под нависающими бровями. Широкие лицо и рот; череп приплюснутый, тоже широкий и гладкий. Подбородок покрыт торчащими волосами. В облике — печаль, раздумье и, возможно, сожаление.

— Оно хорошо вписывается сюда, — сказала Хатч. — И действует достаточно гнетуще.

— Хатч, это впечатление туриста.

— Вы знаете, кто это?

Он кивнул.

— Бог.

— Но не тот, что в Нижнем Храме.

— Не тот. Это мужской вариант. Этот появился тысячу лет спустя.

— Обычно богини…

— Что?

— …никогда не улыбаются. Это не присуще ни одной культуре. Зачем могущество, если нет радости?

Он положил руку ей на плечо.

— Ты действительно видишь мир по-своему.

Они опустились на самое дно и поплыли, ориентируясь на зеленые огни.

— Что случилось с индустриальным обществом? — спросила она. — С теми, кто построил электростанцию?

— У них кончился газ. В буквальном смысле. Истощились природные ресурсы горючего, а замены не нашли.

— И атомной энергии не открыли.

— Нет. Вероятно, они и не пытались. Может быть, лишь очень узкий путь ведет к атому: с одной стороны, двигатели нельзя запустить, а с другой стороны, необходимы гигантские сконцентрированные усилия. Возможно, в нужный момент необходима большая война. — Он задумался. — У жителей Нока это тоже не получилось.

Они все еще находились в центральном нефе. Крыша не пропускала света и, несмотря на маркерные огни, там было темно. Иногда их касались морские создания.

— Ужасно, — сказал Ричард, — потерять все это.

То здесь, то там они задерживались перед барельефами. Целые стены исписаны строками символов.

— Мы думаем, что это предания, — сказал он. — Хорошо, что с них сделаны голограммы. В конце концов мы сумеем разобраться. А вот то, что мы искали.

Прямо перед ними открывалась шахта. Зеленые огоньки ныряли вниз вместе с парой толстостенных труб.

— Это для откачивания песка, — сказал Ричард.

Он сделал шаг вперед. Вес увлек его вниз. Хатч немного подождала, потом последовала за ним.

— Мы опускаемся в Нижний Храм, — сообщил он. — Добро пожаловать в девятитысячный год до нашей эры.

Туннель проходил через серые скалы.

— Ричард, — спросила она, — ты правда веришь, что здесь можно найти Розеттский камень? Мне все это кажется рискованным предприятием.

— Не совсем. Как ты помнишь, это место — перекресток дорог. Вполне возможно, что они выгравировали на стене молитву, эпиграмму или трогательную историю на нескольких языках. Генри уверен, что они так и сделали. Вопрос лишь в том, сохранились ли эти надписи до наших дней и будет ли у нас достаточно времени, чтобы обнаружить их.