Грандиозная история музыки XX века
- Автор: Рондарев Артем
- Язык: русский
- Год: РИПОЛ
- ISBN: 978-5-386-14405-0
- Жанр: История искусств
Электронная книга - «Грандиозная история музыки XX века». Краткое содержание книги:
В основу настоящей книги положен цикл лекций, прочитанных Артёмом Рондаревым в Высшей школе экономики в рамках курса о современной музыке, где он смог описать весь спектр основных жанров, течений и стилей XX века: от академического авангарда до джаза, рок-н-ролла, хип-хопа и электронной музыки.
В отличие от ритм-секции [свинга], заколачивающей каждый аккорд, по четыре доли на такт, с тем, чтобы три или четыре солиста могли играть его одновременно… ритм-секция бибопа использует систему аккордовой пунктуации. Благодаря этому солист способен слышать аккорды без того, чтобы их вбивали ему прямо в глотку. Он может думать во время игры[1175].
Музыканты бибопа (в первую очередь Чарли Паркер) начали смещать акценты в такте с сильных долей на слабые, часто начиная и обрывая фразы на второй и четвертой долях, а не на первой и третьей, как это было принято в свинге. Этот прием формировал дополнительный слой в и так уже весьма изощренной полиритмии, которую создавала ритм-секция; данное новшество, сейчас кажущееся довольно банальным, в момент его появления ставило в тупик даже профессиональных джазменов: когда Паркер репетировал с коллективом барабанщика Макса Роуча, последний кричал пианисту, чтобы тот не вздумал играть «вместе» с Паркером, иначе съедет вся ритмическая сетка пьесы[1176]. Усложнилась гармоническая схема, стала активно использоваться хроматика, что в совокупности на слух неподготовленных людей воспринималось как серия довольно немузыкальных диссонансов. Форма пьес бибопа тоже упростилась – теперь они состояли из интродукции, вводящей тему, серии хорусов, в которых участникам комбо предоставлялась полная импровизационная свобода, и возвращения темы в конце[1177]. Наконец, появление в конце 40-х годов долгоиграющих пластинок привело к заметному увеличению длины пьес, которая отныне теоретически была обусловлена лишь волей импровизатора; никакие структурные элементы музыки более не детерминировали ее окончание. Таким образом, создателями боперских пьес были сами музыканты, даже если у этих пьес имелся формальный автор, собственно тематический материал довольно быстро перестал связывать участников групп, определяя лишь общую гармоническую канву, поскольку в голосоведении боперы стали использовать отдаленные интервалы – от ноны и выше, – связь которых с тоникой ощущалась довольно слабо[1178].
По поводу названия стиля существует ряд конфликтующих версий, ни одна из которых не представляется удовлетворительной. Кенни Кларк говорил:
У «Минтона» нашу музыку не называли «боп». Фактически у нас не было для нее никакого специального названия. Сами мы называли ее просто «модерн». Этикетку «боп» приклеили позже, уже во время войны[1179].
Гиллеспи утверждал, что слово бибоп появилось в 1945 году благодаря ему: репетируя со своими музыкантами, многие из которых не привыкли играть по нотам, он обычно «мычал» необходимые партии или же распевал их, используя лишенные смысла слова и возгласы; одним из этих возгласов, согласно воспоминаниям Бадда Джонсона, было нечто вроде «Ооо боп та оооп а ла ду боп ду ба». Публика, которая это слышала, стала просить сыграть «какой-нибудь бибоп», поскольку у пьес, которые коллектив исполнял, часто не было названий. Выглядит этот сюжет не очень убедительно, хотя его подтверждал и сам Гиллеспи, который в итоге написал композицию по названием Be-Bop: все же, судя по рассказам других участников сцены, слово это появляется раньше 1945 года[1180]. Другую, хотя и содержательно сходную версию излагает Оран «Хот Липс» Пейдж: будто бы Фэтс Уоллер, выступая в «Минтоне», послушал, как кто-то из молодых музыкантов играет вычурную на его слух и непонятную ему фразу и потребовал, чтобы тот прекратил свой чертов боп (crazy boppin’) и играл, как и все, джайв[1181]. Есть еще одна версия, согласно которой название это произошло от возгласов дирижеров танцевальных оркестров, подготавливающих таким образом своих музыкантов к началу пьесы: в частности, бэндлидеры латино-коллективов перед началом музыкального номера кричали «аррива» («вперед!», «поехали!»), что вполне могло редуцироваться до необходимого слова; отчасти эта версия подтверждается тем фактом, что поначалу существовало два равноправных наименования данного стиля – «рибоп» (rebop) и собственно «бибоп»[1182]. Таким образом, рассказ Гиллеспи выглядит отчасти правдоподобно, даже если название все-таки возникло помимо него – механизм его формирования остается сходным. Так или иначе, «бибоп» было очевидным звукоподражанием, лишенным какого-либо значения: и споры идут только вокруг того, чему оно подражало и кто первый его ввел.
1175
Stearns W. M. Op. cit. P. 231.
1176
Коллиер Дж. Указ. соч. С. 250.
1179
Цит. по: Шапиро Н., Хентофф Н. Указ. соч. С. 324. В оригинале Кларк говорит, что они не свою музыку, а себя называли «современными»: «We called ourselves modern». См.: Hear Me Talkin’ to Ya: The Story of Jazz by the Men Who Made It / N. Shapiro, N. Hentoff (eds.). N. Y.; Toronto: Rinehart & Company, Inc., 1955. P. 350.
1180
Haddix C. Bird: The Life and Music of Charlie Parker. Urbana; Chicago; Springfield: University of Illinois Press, 2013. P. 75.
1181
Шапиро Н., Хентофф Н. Указ. соч. С. 325–326. Джайв (jive) – многозначное понятие, характерное для сленга гарлемских музыкантов и их поклонников, который, собственно, также назывался джайвом (jive talk); здесь слово джайв синонимично слову «джаз»: именно в этом значении его употребляет Уоллер, понимая под джазом свинг. Существовал также танец «джайв», сходный по темпу и манере с джиттербагом; среди исполнителей джазовых танцев это слов также означало «поддельного», плохого танцора (jive dancer). См.: Steams M. W., Steams J. Jazz Dance: The Story of American Vernacular Dance. N. Y.: Da Capo Press, 1994. P. 285.