Роковая наследственность

– Да-да, и не я один, сёстры тоже этого боятся.

– Так за чем дело стало? Я тебя право не узнаю… Скольким мужьям тобой рога наставлены? Приударь за папашиной невестой и скомпрометируй её в его глазах, глядишь свадебка и расстроится.

– Нет, этого делать я не стану. Маман строго настрого запретила нам строить какие-либо козни их счастью. Говорят, девица эта не только куртизанка, но ещё и ведьма. В Петербурге многие поплатились за то, что пытались ей навредить.

Более у Кати не было возможности, что-либо услышать из их разговора, потому как к ней неожиданно подошла пожилая французская пара, с которой они познакомились ещё в Париже. Не скрывая радости встречи, в первую очередь они завалили Катю комплиментами, после чего принялись без умолку болтать, рассказывая о своих детях, об очередном родившемся внуке, и о дождливой осени, наступившей в Париже. Затем, едва успев обменяться впечатлениями о Ницце, они вспомнили о Дементьеве. Говорить о том, что произошло с ним на самом деле Катя не стала. Она уверенно ответила, что Александр Васильевич, к сожалению, задерживается, и возможно появиться ко второму акту.

Наконец прозвенел звонок, напомнивший о скором начале спектакля. Высказав надежду увидеться в антракте, пожилая пара направилась в партер, а Катя в ложу первого яруса.

Оперный театр Ниццы был одним из самых известных театров Европы. Он славился тем, что на его сцене, классические музыкальные произведения мирового значения, исполнялись самыми знаменитыми артистами. Здесь выступали Берлиоз, Массне, Штраус, и слушал оперу император России Александр II.

Отделанный золотом и красным бархатом зал, с партером, ложами в два яруса и галёркой под самым потолком, вмещал более тысячи зрителей. Потолок, расписанный на мифологический сюжет, украшала роскошная люстра, а стены подсвечивали лампы с расписными плафонами. Этот внутренний облик был настолько похож на облик Петербургских театров, что театралы Петербурга, чувствовали себя здесь как дома. Вот и Катя, окинув взглядом зал из своей ложи, не испытала ни малейшего чувства восторга. Оставшееся время до начала спектакля, не замечая прикованного к ней внимания, отрешённо глядя в сторону сцены, она вспоминала услышанный за колонной разговор.

Наконец погас свет, заиграла увертюра и глубоко вздохнув, публика застыла в предвкушении чудесного оперного действа под названием «АИДА», на музыку великого Джузеппе Верди.

Не прошло и половины акта, как Катя ощутила полное отсутствие интереса к происходящему на сцене. Нет, нет, опера звучала великолепно! Игра артистов, их голоса, костюмы, и без конца меняющиеся декорации, всё было на самом высоком уровне. Но, в этот раз не для неё… От настроения, с которым Катя приехала в театр не осталось и следа. Ею овладела грусть и скука, а потому захотелось уйти. Покидая ложу, она случайно поймала пристальный взгляд мужчины, наблюдавшего за ней в бинокль из партера. На мгновение световой блик, прилетевший со сцены, осветил его лицо, и Катя узнала в нём Павла Дементьева.