Осады и штурмы Северной войны 1700–1721 гг

Известно два упоминания о том, что для выполнения вспомогательных опасных заданий во время штурма в петровской армии могли назначать провинившихся солдат. По данным Поденной записки, под Нарвой в 1704 г. «посланы в ров с лесницами винные солдаты, которые бежали из полков по домам, и велено им оные лесницы ставить ко обрушенному бастиону Гонору» [1208]; т. е. к одному из трех атакованых пунктов. У остальных пунктов атаки это делали, видимо, обычные командированные солдаты, как, например, поступившие на службу в том году преображенцы Тихон Кириллович Волчков и Богдан Петрович Нелюбов [1209].

Другой эпизод относится к готовившемуся в 1710 г. штурму Выборгской крепости и представляется нереализованным намерением командования. В письме от 29 мая Петр рекомендовал командующему осадным корпусом адмиралу Ф. М. Апраксину для наведения мостов и других задач во время приступа использовать «астраханцев и каторжных невольников», которым за выполнение задачи можно было обещать «невольникам ослабу, а астраханцам жалованье»[1210]. Апраксин собирался использовать на мостах и при лестницах также донских казаков. Вскоре Петр приказал во главе «воров» на приступ послать командиров астраханских стрелецких полков, а также выбранных пятидесятников и десятников и казацких атаманов, причем они должны были идти впереди и выдерживать первые залпы осажденных и возможные подрывы мин[1211]. «Ворами», т. е. преступниками, считались участники Астраханского стрелецкого восстания и Булавинского бунта на Дону. Командирами полков, в которых они находились, были Митрофан Лобанов и полковник Борис Батурин, командовавший астраханскими стрельцами[1212]. Выборгский штурм не состоялся, поэтому казакам со стрельцами не привелось «искупить вину кровью».