Осада

У Вонецне на этот раз на самом деле разболелась голова, и она легла, чтобы немного отдохнуть, и сразу же уснула. Ей приснился сон, что Секула душит ее. Когда она проснулась, то почувствовала, как что-то твердое давит ей в бок. Она дотронулась до этого места рукой. «Мамалыга…» — Вонецне протерла глаза и вспомнила о Тоте, который просил у нее что-нибудь поесть.

Посмотрев на спящего Секулу, она вышла из подвала.

В подворотне кто-то стрелял из винтовки. «И не надоест им…» Крадущимися шагами она прошмыгнула на лестницу. Как она ни старалась, туфли все же стучали по цементному полу. Присев на ступеньку, она сняла их и пошла босиком по холодному полу. Двое солдат, которые сидели в их подъезде внизу, не заметили ее.

Поднявшись на первый этаж, она поняла, что идти дальше босиком не сможет, и, надев туфли, стала подниматься выше.

Войдя в квартиру, она первым разбудила Варгу.

— Андраш, ты так храпишь, что гестаповцы с соседней улицы прибегут на твой храп…

— А, пришла… Я храплю? — удивился Андраш.

— Нет, это не ты, а Вацский епископ храпит, сюда же только доносится. — С этими словами Вонецне достала из-под одежды сверток с мамалыгой. — Ну, вставай есть. Как хорошо, что я не вышла замуж за такого соню…

— Ну и пропотел же я, — сонно пробормотал Андраш.

— На, ешь! — Вонецне сунула ему в руку кусок мамалыги. — С полдня ношу под одеждой…

— Где русские? — спросил Андраш, уплетая мамалыгу за обе щеки.

— Пока еще не пришли. Там внизу, в подъезде, двое наших солдат стреляют по ним. Вот дураки, неужели они думают, что…

— Ну, русские их в два счета переселят в потусторонний мир… Знаешь, дорогая, я хочу попросить тебя…

— О чем? Боюсь, что вас выследили… — перебила его Вонецне. — Секула, хоть и получил осколок в зад, но все еще продолжает следить за мной… Я поэтому раньше и прийти-то не смогла. Все никак не может успокоиться, что вы не попали вместе с остальными в облаву.

— Нужно мне очень попадать… Не мы одни из нашего дома улизнули: наш домохозяин, адвокат и фабрикантик тоже здесь, засели в квартире у фабрикантика, мы их видели, когда они поднимались по лестнице…

— Тогда совсем другое дело, — обрадовалась Вонецне. — В таком случае я теперь их всех могу послать ко всем чертям!

— Это точно сказала, — согласился с ней Андраш. — Тем более что я почти стал членом вашей семьи… после того, как попросил вашей руки, хотя вы, можно сказать, не обратили на это никакого внимания, а ведь еще не так давно сами добивались этого. Ну, так как, согласны?

«Хорошо, что здесь сейчас темно и не видно, как я покраснела», — вспыхнула Вонецне, чувствуя, как ноги у нее становятся какими-то ватными.

— Сейчас просите? — Голос ее так дрожал, что она с трудом выговорила эти два слова.

— Я бы еще что-нибудь съел, — сказал Андраш, переходя на более прозаическую тему.

— Ничего ты сейчас не получишь. — Вонецне улыбнулась.

— Ну, что же вы станете делать с голодным мужем? — шутливо спросил Андраш.