Двойной генерал

— Там же леса, Иван Иванович. Мины будут от столкновения с деревьями взрываться вверху и поражать пехоту. А бомбы долетят до земли и достанут до техники и укрытий.

Задумываюсь. Если бомбить ночью, то будут ли мины эффективны? Решаю, что будут. Концентрация войск такова, что жилья на всех не хватит. Многие спят в палатках. И к обороне они не готовились, блиндажей, по-крайней мере сильноукреплённых, не строили. А дома и лёгкие укрытия разобьют бомбы. Но рождается идея, потом её Копцу скажу.

— Тебе сколько времени надо для подготовки налёта?

— Какими силами?

— Самое малое — три волны. Две дуплетом, с разрывом по времени минут двадцать. Третья, скажем, через час после второй. Потом можно бомбить в течение дня меньшими силами, в пределах одной-двух эскадрилий.

— А в начале какими силами?

— Первая и вторая волна самолётов по пятьдесят, третья — сотней машин.

— Ого! — Копец смотрит с уважением к моим масштабным запросам.

Выходим со склада в долгий, яркий, жаркий летний вечер. По дороге продолжаем обсуждать.

— Такими силами надо дня два-три готовиться…

— Долго. У тебя самое большее, сутки. Завтра надо. А то ведь разбегуться, как тараканы, лови их потом.

— Тогда по одной эскадрилье в каждой волне…

За этими разговорами садимся в броневик. Обсуждать детали придётся долго, но мы время не тратим. Бомбы завозятся на аэродром, туда же стягиваются «пешки», дело идёт полным ходом. И репетировать, как в прошлый раз не будем. Лётчики опытные, налёт будет в светлое время суток.

— Нет у тебя ощущения, Иван Иваныч, что этот понедельник в нашей жизни случился самый хлопотный? — спрашиваю главкома уже в гудящем самолёте. Копец задумывается и пожимает плечами.

— Знаешь, почему нет у тебя такого чувства? — дождавшись повторения жеста, продолжаю, — потому что наш понедельник начался вчера. И воскресенья у нас теперь долго не будет.

Выходного дня нам долго ждать. Но передышку мы можем получить. После массированного удара по южной группе немецких войск продвижение их ударных авангардов остановилось. И южнее и севернее Бреста. Брест спокойно и без особой суеты эвакуируется. Электростанцию я к Минску поближе к авиазаводу вывожу. Поставим её там. А в Бресте, когда отвоюем его, смонтируем новую. Уезжают гражданские, бросив громоздкое имущество. Разрешено только то, что могут унести в руках.

Задумка моя была настолько подлой, что до сих пор при мысли об этом улыбаюсь. Во-первых, мы начали на рассвете, подражая люфтваффе сутки назад. После этого сходство заканчивается, но не в пользу немцев.

Во-вторых, для затравки накрыли огромную площадь РРАБами, заполненными зажигательными бомбами. Побудка для немцев похлеще советского будильника из моего детства. Тут надо вдуматься, чтобы понять. Лето. Леса. Жара. Дождей нет вторую неделю. И тут на густые заросли высыпаются тысячи зажигательных бомб. Больше десяти тысяч! Потушить их быстро невозможно. Лес горит. Сам видел, как яростно он полыхал, внушительное, подавляющее психику зрелище.