Новый мир. Книга 4: Правда

Картинка перед глазами героями затуманена, словно он пьян или одурманен наркотиками. Его дыхание возбуждено. Руки с силой сжимают подтянутые груди подкачанной мулатки по имени Рина Кейдж, которую он давно хотел, но не решался выплеснуть тайные желания наружу, пока мозг не переполнили расслабляющие вещества. С пьяным, покрасневшим лицом Рина неистово скачет на нем верхом и громко стонет, закатив глаза. «Да! Да!!!» — кричит герой, едва не рыча, словно зверь.

Бусы из ракушек в ладони у Дженни разжимаются — и падают на кровать. «Просто нам не суждено быть вместе», — произносит она с глазами на мокром месте , перед тем как развернуться и уйти. Дима порывается сказать ей что-то. Как-то все исправить. Но он не находит слов. А может, понимает, что они не нужны.

Пустоши. Старое кладбище, сгоревшая церковь, деревянный крест, завывания ветра. Чей-то враждебный голос: «Не понимаешь по-русски?! Чего молчишь?!» Борьба, стрельба. Какой-то человек падает замертво после того, как Дима спускает курок. Возможно, он умер. Но его почему-то не жалко. Джип беспорядочно несется по бездорожью. На заднем сиденье Миро, безногий цыган в рваной униформе, морщится от боли, зажимая свежее пулевое ранение.

Прошло несколько лет. В огромном пентхау с е в центре Сиднея проходит обыск. Полицейские опасливо огибают мебель ручной работы, каждая единица которой выглядит так, что стоит больше, чем их годовая зарплата. Шарахаются от клетки, из которой на них рычит тигр. Эксперт педантично стряхивает со стеклянного столика в целлофановый пакетик белый порошок. Женщина-психолог с сочувственным лицом уводит прочь закутанную в плед рыдающую худощавую девчонку лет шестнадцати со следами избиений на лице. На запястьях жертвы видны раны от туго одетых оков. Девчонка смотрит на Димитриса несчастным, затравленным взглядом. Двое дюжих копов с суровыми лицами защелкивают наручники за спиной у голого по пояс обдолбанного здоровяка по имени Мэтью Джерарад, торс которого покрыт татуировками. Когда Димитрис подходит к нему, тот мерзко усмехается. «Ты хоть понимаешь, что творишь, мальчик? Завтра я выйду, а ты будешь просить у меня прощения. Ты хоть знаешь, кто мой отец?» — самодовольно спрашивает он. «Уведите эту мразь» , — шепчет детектив Войцеховский голосом взрослого, полного гнева и решимости мужчины. Он решает, что этому не бывать. Что он засадит засранца Джерарда, чего бы это ему не стоило.