Железный начдив Азин. Между красными и белыми
- Автор: Сенча Виктор Николаевич
- Язык: русский
- Год: Алгоритм
- ISBN: 978-5-00180-156-6
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Железный начдив Азин. Между красными и белыми». Краткое содержание книги:
Книга, безусловно, заинтересует любителей отечественной истории.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Чехи возвращались домой победителями. А потому везли на родину не только барахло – они везли [356]золото. Много золота! Считается, что из Владивостока чехами было вывезено 191 млн. золотых рублей. (Выходит, адмирал Колчак на всю военную кампанию потратил не так уж и много – в разы меньше, чем было расхищено!)
На эти деньги стараниями Гайды и его сподвижников в начале двадцатых в Праге распахнул двери богатый «Легиобанк». Стоит ли говорить, что после возвращения легионеров домой чешская крона стала самой устойчивой валютой в Европе – валютой, на которой так расцвела послевоенная Чехословакия. Она же помогла и предателям адмирала – авантюристам Сыровы, Гайде и прочим – сделать блестящую карьеру, позволившую оказаться им на самых высоких постах.
Однако «русские деньги» не принесли счастья предателям. Ежегодно в день гибели своего командира эмигрировавшие в Париж офицеры-колчаковцы посылали негодяям 30 серебряных монет, сравнивая их с Иудами, продавшимися за тридцать сребреников. В конце концов Пьер Жанен застрелится; а Радола Гайда встретит свою расплату в лице офицеров СМЕРШа, нагрянувших к нему весной 1945-го. За связь с гитлеровцами его бросят в тюремную камеру. Но уже через пару лет освободят по состоянию здоровья: рак. Жить оставалось немного, старые друзья-легионеры не узнавали в дряхлом старике с потухшим взором цветущего некогда генерала с умными пронзительными глазами. Через несколько месяцев свободы Гайда скончается.
А генерал Ян Сыровы после Гражданской войны сделает головокружительную карьеру, дослужившись до начальника Генштаба и министра обороны. Потом возглавит правительство Чехословакии. Именно он, Сыровы, в марте 1939-го отдаст преступный приказ своей армии не оказывать сопротивления гитлеровским солдатам. За сотрудничество с оккупантами в 1947 году бывший глава правительства будет приговорён к двадцати годам тюрьмы.
Семёна (Самуила) Чудновского, возглавлявшего Чрезвычайную следственную комиссию по делу адмирала Колчака (и осуществлявшего общее руководство казнью) судьба до поры до времени берегла. В феврале 1920 года (уже после того расстрела) он возглавит вновь созданную Иркутскую ГубЧК, потом станет председателем Томской ГубЧК. Однако в Томске служба у Чудновского не пошла: возник серьёзный конфликт с местным губкомом РКП(б), и его «как не проявившего должной активности и не имеющего определенной линии поведения» оттуда быстренько отзовут к новому месту работы.
После Томской «эпопеи» Чудновский продолжит служить на чекистском поприще в Новониколаевске, а потом – в Смоленске. Достаточно прослужив в советских карательных органах, он, наконец, находит своё истинное призвание – судить. В 1922 году вчерашнему расстрельщику доверят важный пост – председателя Ленинградского областного суда; потом он возглавил областной суд в Екатеринбурге, далее – Омский областной суд. В 1935 году Чудновского вновь возвращают в Ленинград на должность опять же председателя областного суда. (Проживал иркутский каратель не где-нибудь, а в самом центре «города на Неве» – на набережной Карповки, д.13.)
В марте 1937-го судебной карьере Чудновского придёт конец: его арестуют («организация контрреволюционной деятельности, совершение терактов» и пр. чушь). А потом препроводят в «ежовые рукавицы» своих же соратников из Военной коллегии Верховного суда СССР. Виртуозы своего ремесла, те хорошо знали «правила игры»: 13 августа 1937 года Самуила Чудновского расстреляют.
Так же трагически закончат свой земной путь бывший председатель Иркутского ревкома Янкель Шумятский (он передавал иркутскому ревкому «партийное поручение» РВС 5‐й армии) и член военкома Лазарь Левинсон.
Иван Бурсак (Борис Блатлиндер), непосредственно руководивший расстрельной командой, в конце шестидесятых напишет свои «бессмертные» мемуары о казни адмирала Колчака. Бывший комендант Иркутска тихо скончается заслуженным пенсионером.
Каждому – своё.
История, как известно, не терпит резких тонов и всяких сослагательных наклонений. Тем не менее, если бы в переломном 1919 году победили белые, а не красные, трудно сказать, кем бы для нас стали бывший Верховный правитель Колчак и большевистские военачальники – Фрунзе, Тухачевский, Егоров и Шорин. Авторитет адмирала Колчака наверняка бы ещё более укрепился, взметнувшись на недосягаемую высоту; а вот знали бы мы вообще о таких красных начдивах, как Азин, Вострецов, Чапаев или Соболев? Едва ли. Забывали фигур и позначительнее. Опасность любой гражданской войны именно в том, что по разную сторону окопов гибнут свои же, почти что братья. Когда над расстрелянным в красном плену Александром Колчаком сомкнулись студеные воды Ангары, тогда же, в феврале 1920-го, в белом плену, в станице Тихорецкой, будет повешен начдив-28 Вольдемар Азин, а под Ростовом – расстрелян начдив-7 Александр Соболев…
356
Многие из легионеров, обзаведясь семьями и сделав карьеру у красных, остались в России. Например, Ярослав Гашек, который, будучи бойцом 25-й стрелковой дивизии (начдив – Василий Чапаев) 4-й армии Восточного фронта, в промежутках между боями строчил образ браво-юродивого Швейка и дослужился аж до коменданта Бугульмы.