Во главе революции. Cверху

Ульянов снова с удивлением взглянул на царя и произнёс:

– Я хорошо знаком с творчеством товарища Баллода и являюсь большим сторонником высказанных им экономических постулатов. Но знаете, я удивлён, что царь в России тоже знаком с этой работой. И считает, что эта экономическая модель представляет практический интерес.

– Ещё какой интерес, – кивнул в ответ Николай, – Я даже намерен, как можно скорее, издать эту работу на русском языке, дабы все товарищи, в том числе и товарищ Джугашвили, могли бы с ней скорейшим образом ознакомиться. Да и самого товарища Баллода я бы хотел видеть в России лично. Дабы он мог консультировать наше правительство, по работе по выработке именно этой экономической модели. Как, впрочем, и хотел бы видеть ряд других товарищей. Благо, если что, освободить их может и товарищ Сталин, – и, увидев, удивлённые глаза обоих собеседников, Николай с улыбкой произнёс, – Да, да товарищ Ленин. Думаю, в нашем общении мы будем придерживаться именно этих псевдонимов. Если конечно, вы дадите мне рекомендации в партию.

– Я дам, – тут же произнёс Джугашвили. А Ульянов, помрачнев, произнёс:

– Вопрос как это всё обставить, что действующий монарх является членом социал-демократической партии.

– Это конечно афишировать не стоит. Но я могу входить в Военную организацию партии[173], - согласился царь, и, увидев, как напрягся Ленин, услышав про Военку, поспешил добавить, – Да, знаю, я знаю про эту организацию. И про тех, кто в неё входит. Так что, остальным товарищам можно будет сказать, что в руководстве империи появился сочувствующий вам, очень влиятельный человек, имеющий возможность влиять на политику государства. И даже вводить нужных людей в правительство. И главное при этом, вы, товарищ Ленин, при этом ни словом не соврёте.

– Хорошо, – согласился, усмехнувшийся Ленин, посмотрев на ухмыльнувшегося Сталина, а потом произнёс, – Но я бы хотел с вами подискутировать, в нашей газете, товарищ…

– Товарищ Лукавый, – усмехнувшись, произнёс царь и добавил, – Ну я попытаюсь печататься в газете. Посмотрим, что из этого получиться, товарищ Ленин.

Ульянов покачал головой и спросил:

– Тогда я думаю, товарищ Лукавый, мы будем контактировать в газете и через товарища Сталина?

– Скорее всего не получиться, товарищ Ленин, – покачал головой Николай, – Я намерен лично возглавить войска, а товарища Сталина, направить в помощь свей сестре. Которая и будет сейчас моим представителем в регентском совете. Думаю, там, со своими талантами, товарищ Сталин больше необходим. Но, на броненосце "Потёмкин", проходит службу член Одесского отделения Военной организации РСДРП Вакуленчук, – царь усмехнулся и развёл в стороны руками, – да, да, Владимир Ильич, лично я знаю об многих членах Военной Организации, как бы она не была законспирирована, но так вот, вернёмся к броненосцу. Я предлагаю связь держать через Вакуленчука. Его я знаю, как непреклонного и честного человека. И вот ему то, вы и будите направлять информацию, на имя товарища Лукавого. А я уж и определюсь, как ему её получить. Сначала в Хании, на Крите, потом в Джибути, это уже в Африке. Хорошо?