Польско-литовская интервенция в России и русское общество

Идея похода к Москве была, очевидно, заимствована из патриарших грамот, как и возможная цель похода. Но П. Ляпунов был еще далек от непримиримой позиции патриарха. Этот шаг не означал еще полного отказа от кандидатуры Владислава. В грамоте говорилось, что если король выведет свои войска из России, пришлет королевича в Москву и согласится на его переход в православие, то «мы ему, государю, вся земля рады и крест ему, государю, целуем». Однако составители грамоты не исключали того, что развитие событий может пойти совсем по другому пути. Если король, говорилось в ней, «захочет силой своей нас подчинить без правды, изменив своему крестному целованию», то против него выступят «все православные християне», «все края Российской земли». По мысли создателей грамоты, «вся земля», отказав в повиновении московскому правительству, должна была, собрав под Москвой свое войско, поставить Сигизмунда III перед четким выбором: или возведение его сына на русский трон в соответствии с условиями, предложенными русскими послами под Смоленском, или война со всем другим обществом, которое отдаст предпочтение другому кандидату.

21 января н. ст. А. Госевский информировал Сигизмунда ІІІ о мерах, принятых им для подавления возникшего на Рязанщине локального очага восстания. В Рязанскую землю он направил полк во главе с М. Струсем, но сам признавал, что этот полк слишком мал, чтобы добиться успеха. Положение серьезно улучшилось бы, если бы к нему присоединились войска Я. П. Сапеги. Госевский дважды писал к нему, предлагал выступить против Рязани, обратились к нему и бояре[1210]. Как сообщал позднее сам Я. П. Сапега, 14 января он получил от бояр из Москвы грамоту «с великим прошением», чтобы «шел на рязанские места»[1211]. Бояре также пытались направить против Ляпунова находившегося в Туле Ивана Заруцкого[1212].

В королевском лагере под Смоленском сведения о начавшихся волнениях восприняли первоначально с известным удовлетворением. Происшедшее воспринималось как возможность подавить последние очаги недовольства в стране и тем окончательно упрочить власть Сигизмунда III[1213]. «Не перестаем, — писал король 8 февраля 1611 г. Я. К. Ходкевичу, — стараться о том, чтобы эта едва ли не последняя сила здешних изменников могла быть людьми нашими как можно скорее уничтожена и подавлена»[1214]. 27 января король сам обратился к Я. П. Сапеге, предлагая ему двинуться на Рязань[1215]. Туда же был направлен 3-тысячный отряд казаков во главе с полковником Наливайко, разорявший ранее бывшие владения Лжедмитрия II на юге[1216].