Аид: иная судьба
- Автор: Кисель Елена Владимировна
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Аид: иная судьба». Краткое содержание книги:
Ну, тогда я просто расскажу тебе — как это бывает: когда всё начинается правильно.
И мы увидим — могло ли быть иначе?
Есть ли то, ради чего стоит пройти сквозь смертность и ледяные воды — и потом вернуться?
— Ты вернешься, — сказала она, и слезы наконец блеснули в глазах — остро и зло. — Вернешься, потому что я буду тебя ждать. Дни. Годы. Слышишь? Помни, что я буду ждать тебя — всегда буду ждать тебя, потому что я…
Отвернулась на миг — и вдруг шагнула вперед, обвила шею руками, прильнула к губам. Не в невинном поцелуе — в три мгновения — в настоящем, бездонном, сжигающем…
Со странным терпким кисло-сладким привкусом. Моего символа. Гранатового сока.
Алые капли тепли по ее губам. По моим тоже. Вкус клятвы — не ледяной клятвы Стикса, а иной…
— Я твоя жена, — прошептала она, и взгляд ее доверчиво лег под мой: смотри, там ты, только ты, с того самого, первого поцелуя — ты, еще когда я увидела тебя настоящим. Влез, вытолкнул Аполлона — первое, нечаянное чувство, заслонил собой, забрал ее всю. — Здесь, над черными водами, я клянусь тебе в верности. И обещаю ждать. Я не попрошу ответной клятвы: я знаю, что ты вернешься. Я верю…
Черные руки — черные воды пришли от русла Стикса. Потрогали за плащ, подергали робко: пора, сколько можно. И я разомкнул объятия — по-прежнему не зная, что сказать, полный до краев глупым, весенним счастьем, теплом ее рук, вкусом ее губ…
Сделал шаг назад. Еще, еще шаг — повинуясь зовущим ледяным пальцам Стикса. Почтительным, но неотвратимым.
Моя жена стояла на берегу. Улыбалась мне, только сжимала мой хтоний — пальцы побелели. И взгляд ее был полон весны и танца, в котором я увидел ее в день ее обручения.
«Думай о весне, — говорил ее взгляд. — Она всегда приходит за стужей. В северных краях иногда приходит зима, когда умирает все живое. Но потом является весна и воскрешает землю, и на промороженной почве поднимаются цветы. Думай о весне, мой муж, а весна будет думать о тебе. Думай о тепле, о пении птиц, о поцелуях под горячим солнцем. Помни: я жду тебя, каждый день, каждый час, каждую минуту. Помни… обо мне…»
И я помнил. И улыбался — когда воды Стикса захлестнули лодыжки, и полоснуло раздирающим холодом.
Когда вязкие, как мед, они поползли до колен, а потом — выше, выше, выше…
Когда стали захлестывать до груди — казалось, что фибула-гранат соскользнула ниже, к сердцу, и греет…
Стоял спокойно и улыбался, когда стылые воды поползли по лицу, вбирая в себя улыбку.
Последним, что я видел — были зеленые глаза, глядящие на меня с нежностью.
Потом воды Стикса захлестнули с головой.
И восемнадцать лет — девять в зачарованном сне и девять в смертности — показались глупыми мигами.
МОНОДИЯ. ПЕРСЕФОНА
Света не увидеть Персефоне,
Голоса сирены не унять,
К солнцу ломкие, как лёд, ладони
В золотое утро не поднять.