Эпоха крестовых походов

Этим захватам аристократии в значительной степени способствовал примитивный характер собственности, которая у славян была исключительно семейной, так что отдельные лица могли быть только пользователями. Сеньор без большого труда занял место управителя и превратил прежних владельцев в полукрепостных. Кроме того, торжеству феодальных идей благоприятствовали сношения с Германией, становившиеся все более тесными, и обильный приток иноземных поселенцев. К несчастью, эту немецкую иммиграцию, более опасную, чем политические притязания императоров, систематически поощряли те самые государи, которые в XIII в; подняли Богемию из упадка и довели ее до небывалой степени могущества.

Отокары. Три государя, Пржемысл Отокар I (1192–1230), Вацлав III (1230–1253) и Пржемысл Отокар II (1253 1278), свергли иго, под которое Гогенштауфенам удалось подвести Богемию, и на короткое время доставили ей нечто вроде гегемонии над Центральной Европой. Как часто бывало в средние века, это здание могущества и славы, будучи слишком быстро воздвигнуто, покоилось на крайне хрупком фундаменте; народности, соединенные на миг случайностями войны или политики, вскоре вернули себе независимость, и единственным прочным результатом минутного объединения под властью Пржемысловичей большинства провинций, из которых составилась позднее Австрийская империя, было вод ворение новой немецкой династии в бассейне среднего Дуная; Габсбурги, вместе с некоторыми владениями Отокара II, унаследовали и его притязания, и спустя два века они достигнут цели, которую он наметил.

Главная ошибка последних туземных королей Богемии и основная причина их неудачи заключалась в том, что они преследовали династическую, а не национальную политику. Пржемысл Отокар I, венчая на царство сына своего Вацлава, впервые пренебрег обычаем, по которому молодому государю показывали лапти и армяк Пржемысла, основателя династии; это было замечено и возбудило неудовольствие в народе, который стал обвинять своих государей в том, что они отрекаются от своего прошлого и своего племени. Чешские короли, матери которых были обычно немками, сами были в ту эпоху более чем наполовину немцами. Ослепленные блеском немецкой культуры, они призывают к себе иностранных поселенцев и, предоставляя им часть территории, подготавливают для Чехии тяжкие испытания. И несмотря на все это, народ сохранил благодарное воспоминание об этих государях, которые за недостатком политической прозорливости обладали, по крайней мере, высоким представлением о своей власти.

Королевство Богемия. Несмотря на усилия Фрид риха i и Генриха VI, им отнюдь не удалось обратить герцогов Богемии в простых вассалов: герцоги сохранили все свои суверенные права, и император не мог вмешиваться во внутреннюю администрацию их владений. Смерть Генриха VI, являющаяся чрезвычайно важным моментом в истории Германии и даже Европы, дала возможность Владиславу III и Пржемыслу Отокару I (1192–1230) восстановить национальное единство. Пражский и оломоуцкий епископы получают инвеституру от местного государя и перестают быть прямыми вассалами империи; Моравия снова становится леном Богемии. Во время смут, волновавших Германию после смерти Генриха VI, Пржемысл Отокар I, бывший то врагом, то союзником папы, получил сначала от Филиппа Швабского, затем от Оттона Брауншвейгского королевскую корону, которая с тех пор уже навсегда осталась за Богемией (1203). Иннокентий III и позднее Фридрих II утвердили этот титул и признали полную независимость Чешскогоко ролевства. Богемский король, носивший звание великого мундшенка империи, был обязан только доставлять императору 300 вооруженных человек или уплачивать 300 марок серебра, когда он ехал короноваться в Рим; на сейм он должен был являться только тогда, когда сейм созывался в Нюренберге или Бамберге (1212). Фридрих обязался не вмешиваться в избрание богемских королей; но еще более, чем договорами, возможность захватов со стороны импера торской власти была предотвращена на будущее время установлением принципа первородства, который мало-помалу был усвоен обществом и, хотя никогда не был узаконен официально, приобрел силу закона и заменил сеньорат.

Расцвет чешского могущества. Преемник Пржемысла Отокара I, храбрый и отважный, но непредусмотрительный и легкомысленный Вацлав III (1230–1253) наметил путь для своего сына, стараясь подготовить соединение Австрии с Богемией. Смерть Фридриха II в 1250 г. и «великое междуцарствие» дали волю партикулярным стремлениям. Никто не воспользовался этими обстоятельствами так ловко и смело, как Пржемысл Отокар II (1253–1278). Сокрушив империю, папство оказало большую услугу всем народам, которым перевес Германии грозил опасностью. Отокар II щедро платил ему долг благодарности, предупреждал папу о замыслах Гибеллинов, предложил свою помощь Карлу Анжуйскому против Конрадина, искусно балансировал между Ричардом Корнуэльским и Альфонсом Кастильским, одновременному избранию которых он содействовал и которые довольно вяло оспаривали друг у друга власть. Его меч был всегда к услугам церкви; дважды, в 1254 и в 1267 гг., он предпринимал поход против язычников-пруссов, и тевтонские рыцари в, его честь назвали город, основанный ими в то время у устьев Прегеля, Кенигсбергом (1255). В награду за его услуги папы благословляли его оружие, освящали его завоевания; благодаря их поддержке он в одно время господствовал над всем бассейном среднего Дуная.