Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

Сняв таким образом бремя вины с Юлии, он обвел взглядом стол и попросил еще кофе.

Кажется, большинство из присутствующих почувствовали себя обманутыми. Мы уже почти свыклись с мыслью, что убийца — Юлия, а тут такой афронт. С другой стороны, выходит, полиция очень даже серьезно отнеслась к подозрениям на ее счет, все тщательно проверила и сняла подозрения со скорбящей вдовы. Итак, у нас проблема: Юлия вычеркивается из списка потенциальных убийц.

Зато не отпала проблема Мариана. Тот никак не мог пережить пропажу своих и зятевых вещей, причем шок он преодолевал хорошо знакомым способом: кидал в рот все подряд.

Наконец до него дошла ужасная правда.

— Эго как же так? — выдавил он, смертельно обиженный и возмущенный, радикально прихлопнув основную тему. — Как порезано? Совсем?

Господин Мульдгорд в этот момент, держа в руках листочки Магды, информировал нас о намерении полиции выяснить место пребывания гипотетических врагов жертвы. Мариан прервал его на полуслове. Господин Мульдгорд замолчал, и за него ответил Стефан:

— Не совсем, частично, чтобы каждый камень хорошенько упаковать.

— И на кой черт это делать? Пани Буцкая не могла покойника порезать, чтобы паковать?

— Отнюдь не пани Буцкая, — с нажимом произнес герр Мульдгорд.

Мариан продолжал гнуть свою линию:

— А может, получится как-нибудь посшивать куски обратно? Что я сестре скажу! Она меня уже три раза спрашивала! Может, тогда пани Буцкая к сестре сходит и сама ей скажет? А может, уже чего нашли?

— Зело тягостен труд, — тоном учителя напомнил герр Мульдгорд.

— Не могла, что ли, она эти камни так побросать, обязательно упаковывать? Да как у кого-то вообще рука поднялась чужие вещи порезать и утопить…

— Или порвать на части, — подлила масла в огонь Магда.

— Или порвать… Что? Почему порвать?

— Вряд ли у этого кого-то с собой ножницы были.

— Ну, тогда я прямо не знаю. И чего тогда без ножниц было резать? Ладно бы только мое было, а то еще и зятя? И после всего этого мне же «Бычки в томате» покупать велите?

Убитый горем, он замолчал и с обиженным видом сосредоточился на поедании марципановых тянучек. Высокий датский гость удовлетворился услышанным, забрал с собой список Магды и откланялся с воистину европейским шармом.