Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

— Если пан Вацлав не слишком умело убирался, то, возможно, сетка с Мариановым барахлом где-то в машине и завалялась, — примирительным тоном сказала она. — Почему бы не посмотреть, если пани Юлия не имеет ничего против?

Тут уж Юлия смолчать не могла.

— Нет, я не против. Мне обязательно присутствовать?

Здесь к разговору подключилась Мажена:

— Совсем не обязательно. Это ведь Мариану нужно. Я могу с этим оболтусом пойти. Надеюсь, вы мне доверяете? Если дадите ключи…

Юлия достала из кармана летней курточки ключи. Магде тоже не сиделось на месте.

— И я пойду. Как свидетель.

Меньше всех заинтересованности проявил Мариан, который воспользовался общим невниманием присутствующих и был занят опустошением вазочки с гадкими конфетами. Пришлось почти силой отрывать его от кондитерских изделий. Однако он тут же принялся за орехи.

Алиция во что бы то ни стало решила разрядить атмосферу в доме и темой светской беседы сделала этого ненасытного недоумка, в чем я ее охотно поддержала, расписывая скупость его сестры. Оказалось, неудачно: Алиция сестру знала и тут же за нее вступилась, категорически возражая против моих инсинуаций. В результате разговор сосредоточился на обмене веществ. Когда нам удалось, наконец, прийти к согласию, вспомнив нашу общую сослуживицу, у которой этот обмен протекал с невероятной скоростью, вернулась поисковая экспедиция.

— Облом, — дала исчерпывающий отчет Магда.

Она заглянула в кофейник и отправилась на кухню варить новый кофе.

— Ничего интересного, — добавила вошедшая следом Мажена и вернула Юлии ключи. — Везде посмотрели, в том числе и в багажнике. Никаких Мариановых тряпок нет, и вообще никаких тряпок. И что бы ты, Стефан, ни говорил, машина нормальная, то есть вполне чистая. Извините, пани Юлия.

— За что? — удивилась та.

— На всякий случай. Вы, к примеру, могли считать, что она идеально убрана, а за «нормально» обидеться на всю жизнь.

— Да что вы. Нет конечно.

— А вы вообще видели узелок с вещами?

— Нет. Пан Мариан сидел с багажом сзади. Я не обратила внимания.

— И совсем не узелок, а авоська, — вмешался Мариан, почему-то с обидой. — Что я теперь сестре скажу?

Казалось, Стефан интенсивно над чем-то размышляет. Наконец он произнес

— Где Вацлав мыл свою машину?

Клянусь, Юлия предпочла бы скорее оглохнуть и онеметь, нежели ответить на поставленный таким образом вопрос, но это было бы верхом неприличия, поэтому ей пришлось сказать, что она этого не знает.

— Неправда, — возразил Стефан. — Такое мероприятие требует времени. Насколько мне известно, у вас нет провалов в памяти?

— Я не уверена. Где-то рядом с забегаловкой.

— На стоянке?

— Не помню. Может, неподалеку. Я сидела у воды, а он вернулся к машине.

Столь длинное высказывание ей даром не прошло.

— И когда это было? Вы всего два раза ездили к озеру. В какой день?

— В первый раз…

— И вместе вернулись. А на другой день там же припарковались? Или он оставил машину в другом месте?