Олег Верстовский — охотник за призраками [Тетралогия]

— Да? А в чем дело? — чуть запинаясь, растерянно произнесла Екатерина.

— Нам поступил сигнал, что в вашем доме скрывается преступник, террорист. Вот ордер на обыск, — проговорил хрипло первый шкаф с погонами, на которых были криво привинчены капитанские звёздочки. — Вы — Екатерина Колесникова? Так? А вы Сергей Колесников?

— Нет, я Олег Верстовский, — отчётливо произнёс я, упёршись взглядом в его маленькие, свинячьи глазки. — Актёр.

Лже-капитан вздрогнул, бросив на меня суетливый взгляд. Явно узнал, притворяться бессмысленно. Из огня да в полымя. Только-только освободил своих гостеприимных хозяев от одной напасти и подставил их под другую. Быстро вспомнил, все ли я убрал в подвале. Мнимые менты протопали в столовую, деловито осмотрелись, и начали бесцеремонно открывать дверцы шкафа, заглядывать под стол, кушетку. Я постарался взять себя в руки, уселся в гостиной, открыл журнал, будто меня совсем не волновал обыск, грохот сапог, отодвигаемой мебели и отдаваемые команды. Но не выдержал и решил понаблюдать за действиями обормотов в погонах. Они ворвались в мою комнату, все перевернули вверх дном, разбросали книги, отодвинули мебель, вывернули ящики комода, вывалив содержимое на пол. Я стоял на пороге, сложив руки на груди, и матерно ругался про себя. Когда парень, похожий на неандертальца, залез в шкаф, выбросил наружу мою одежду, я недовольно процедил:

— Аккуратней нельзя?

Высунув нос из шкафа, лже-мент взглянул на меня исподлобья и пробурчал:

— Заткнись, иначе арестуем за сопротивление властям.

— Да, как интересно, — проговорил я с сарказмом, подходя ближе. — И каким интересно властям я сопротивлялся? Розенштейн уже властью стал или Беня?

Амбал зыркнул на меня лютым взором и вновь углубился в рассматривание содержимого шкафа. Через пять минут он вылез оттуда и прошёл, будто сквозь меня. Мне пришла в голову мысль, если бы Мишка раскололся или кто-то меня выдал. Они не стали бы обыскивать дом, а просто избили меня, чтобы выбить показания. Сейчас у них только догадки. Этот обыск служил скорее акцией устрашения, психической атакой.

Парни поднялись на чердак, вывернули на пол содержимое сундуков, осмотрели все щели в полу. Спустились ниже, ввалились в детскую, разбудив детей. Я с отвращением смотрел, как мерзавцы вытряхивают игрушки из коробок, и подумывал, а не пристрелить ли мне обоих негодяев? Ясно же, что они не из полиции.

Наконец, оборотни в погонах добрались до подвала. Они свалили в кучу все строительные инструменты и подошли к стеллажу, за которым находилась дверь в подвал. Один из них заглянув за стенку, посветил фонариком и радостно крикнул своему напарнику:

— Гляди, вот оно!

Второй подошёл к нему, они свалили стеллаж на пол и победоносно взглянули на меня. Распахнув дверь, «капитан» важно сказал:

— Иди притащи его сюда.

Он плюхнулся на стул, жалобно скрипнувший под ним, и приготовился ждать, сложа руки на груди. Второй «мент» вытащил револьвер и нырнул в проем. Шаги затихли, я стоял в углу и ждал. Все было кончено. Сейчас они найдут Влада, и всем нам придёт каюк. Я не ощущал злости или досады, воспринимая происшествие философски. Потянулись томительные минуты. Раздался отчаянный крик и звук громко топающих ног бегущего человека. Тяжело дыша, в подвал влетел бледный, как мел, напарник «капитана». Подбежав к своему начальнику, он проорал, не обращая внимания на нас с Сергеем: