Разлучи нас, смерть! (СИ)

— Вон тот здоровяк, на голову выше всех, — наследник немецкого машиностроительного концерна, унаследует около шестисот миллионов. Левее него лысоватый тип — президент фармацевтической компании, два миллиарда долларов, с ним ты встречался. Рядом с ним — Джейкобсон, крупный международный инвестор, думаю, он здесь по той же причине, что и я, он не любит такого рода мероприятий. Четвертого в их компании не знаю. Дама в голубом, которая прижимается к Джейкобсону, недавно развелась с одним крупным английским землевладельцем. Зря теряет на него время. Джейкобсон, определенно, не такой дурак и не станет с ней связываться… А вот это интересно! Видишь, азиат возле фонтана? Это Лян, правая рука моего старого приятеля Чэна. Что бы ему тут делать?

— Дэниел, этой правой руке на вид лет сто.

— Ему на самом деле около семидесяти. Впрочем, самому Чэну не меньше. Интересно, как он тут оказался? Он не покидает Китай без веской необходимости. Надо озадачить Эдера и Барнера. Пусть роют.

— С кем он беседует?

— Не помню, как его зовут. Партнёр в крупной юридической фирме. Насколько я знаю, огромные гонорары: его специализация — нефтеперерабатывающая промышленность.

Вскоре Дэниел встретил какого-то весьма настойчивого господина из шведского хеджевого фонда и остановился для беседы с ним. Джейсон предпочёл не слушать их разговоры, а обойти залы ещё раз в одиночку. Он рассчитывал встретить кого-нибудь из знакомых, кто не будет весь вечер перечислять размеры состояний гостей и думать, не пришли ли они сюда с тайной целью. Атмосфера праздника захватила его, он чувствовал внутри какую-то бурлящую радость и одновременно уверенность в себе. Он замечал, как люди в толпе, особенно женщины, бросают на него любопытные взгляды, и это знание приятно грело его и даже веселило — гораздо сильнее, чем это обычно бывало. Здесь, за исключением, может быть, пары десятков гостей, никто не знал, кто он.

Джейсон взял с подноса бокал шампанского и вернулся в больше всех понравившийся ему зал с фонтаном. Дэниела там уже не было. Зато он встретил Генри, приятеля Филиппа Аремберга, очередного его дальнего родственника и завсегдатая "Аннабелc"[20]. Джейсона тоже приняли в этот клуб, когда-то самый аристократический в Лондоне, а теперь просто элитарный: предложил его кандидатуру Филипп, а Астон поддержал. Но с Астоном они никогда не появлялись там вместе; Дэниел ужинал в "Аннабелс" со своими партнёрами, а Джейсон — с друзьями; и ни тот, ни другой не оставались на ночь.

Какое-то время они с Генри провели вместе, перемещаясь от одной группы гостей к другой. Пару раз он мельком видел Астона, но тот в нём пока, судя по всему, не нуждался: когда ему было нужно, то достаточно было одного быстрого взгляда, чтобы Джейсон понял, что надо к нему подойти.