Разлучи нас, смерть! (СИ)

— В твоём расписании указано, что это празднование дня рождения.

— Прекрасный повод собрать нужных людей, не привлекая внимания, — усмехнулся Дэниел. — Из-за дня рождения мне как раз и неудобно брать с собой Мецлер.

Джейсон провёл три дня дома, понемногу занимаясь учёбой и готовя ответы на письма, которые пересылала ему мисс Вернье. Ему даже показалось, что он немного скучает по офису с его напряжённой живой атмосферой. Он, к своему собственному удивлению, прекрасно поладил с секретарями Астона. Впрочем, чему было удивляться: те, кто сумел поладить с Дэниелом Астоном, смогут поладить с кем угодно.

Уже после нескольких дней работы в офисе Джейсон решил, что если бы он пришёл в компанию Дэниела обычным порядком, то двадцать раз подумал бы, прежде чем в ней остаться. Астон был не самым простым начальником — требовательным, нетерпимым даже к малейшим недочётам, авторитарным, жёстким. В его планах могли в любой момент появиться изменения, и он ожидал немедленной реакции на это всех окружающих, явно выказывая недовольство, когда что-то оказывалось ещё не перестроенным под его новые запросы.

Мисс Мецлер и мисс Вернье, должно быть, обладали железными нервами, раз выносили такую работу годами, а Бренту справиться с постоянными спешкой и напряжением помогал юмор. У них с Джейсоном шла постоянная полушутливая война, что совершенно не мешало им вместе работать и подстраховывать друг друга.

Дамы, как это позднее понял Джейсон, были им слегка разочарованы: они полагали, что он окажется более откровенным и разговорчивым, но — в те редкие минуты, когда у них было время о чём-нибудь поболтать — Джейсон мог говорить о чём угодно, только не о Дэниеле. В приёмной же, да и во всём офисе и, возможно, даже в других офисах, текущее настроение Астона было постоянной новостью номер один. Никому не хотелось с ним встречаться — по какому бы то ни было вопросу — в те минуты, когда он рвал и метал, а вывести его из себя было довольно легко. Если это было возможно, в такие моменты остальные секретари просили Джейсона общаться с боссом: с ним он обходился ничуть не мягче, чем с другими, но зато потом быстро остывал, и остаток дня проходил в относительном спокойствии.

После того как из кабинета Астона вылетал очередной побледневший или, наоборот, покрасневший подчинённый, а босс уже яростно требовал чего-то по интеркому, необходимые документы обычно перекочёвывали в руки Джейсона, и Брент тихонько объявлял:

— Успокоительного мистеру Астону!

Мисс Вернье даже как-то пожаловалась Джейсону на тяжёлый период на работе прошлой осенью:

— Это был настоящий кошмар. Я никогда не была так близка к мысли об увольнении. Мы заходили к боссу в кабинет, как в клетку с тигром. Он три недели никуда не выезжал из Женевы и работал по восемнадцать часов в сутки. Ему даже миссис Астон боялась звонить. Он приехал в таком состоянии из Лондона. Ребята Эдера нас заранее предупредили, что Астон расстался со своим… с вами и находится в ужасном настроении. Мы сначала понять ничего не могли: чего он так бесится, если сам вас отправил в отставку. Только потом сообразили, что на этот раз всё наоборот.