Вся пани Иоанна. Том 1 [компиляция]

— Может, просто ваши картины оказались хорошими сами по себе и ничего странного в этом нет? — неуверенно предположил подпоручик и по сгустившемуся напряжению понял — промазал. Не надо было, дураку этакому, вообще выскакивать со своими предположениями. Сидел бы, помалкивал, авось хозяева сами бы и проговорились.

— Возможно, вы и правы, — светским тоном сухо ответила хозяйка дома. — Их отличала выразительная цветовая гамма. А ты, Кайтусь, не морочь пану полицейскому голову ненужными глупостями, не напрашивайся на комплименты.

— Да нет, я ведь и сам удивляюсь, — упорствовал Кайтусь.

— Да ладно уж, расскажем, — решилась Иоанна Хмелевская. — Видите ли, пан поручик, чемоданы с картинами у Кайтуся пытались похитить еще в аэропорту, когда Иоанна сошла с ними по трапу с самолета. Чуть из рук у Кайтуся не вырвали. Представляете? А потом на торгах буквально расхватали его гравюры. Ну, допустим, они действительно могли понравиться, хотя у нас в Польше никогда не пользовались успехом, между нами говоря. Могли понравиться, но чтобы их из рук друг у друга вырывать... Ну что скажете как специалист?

Специалист почувствовал себя неуютно под взглядами трех пар глаз, в ожидании устремленных на него, мысли же хотелось выразить словами, которые не полагалось произносить в присутствии дам. Специалист попытался использовать весь свой небольшой опыт работы в экономическом отделе Варшавской полиции.

— А что было в чемоданах? Только картинки, то есть гравюры?

— Была еще моя ночная рубашка и бигуди, — ответила пани Хмелевская, — Я лично их уложила вместе с гравюрами Кайтека. Поскольку же впоследствии никто не пытался похитить вышеупомянутые предметы, остается предположить, что гравюры Кайтека уже в аэропорту представляли для какого-то лакомый кусочек. А в Польше никто никогда ими не интересовался, даже таможенники в аэропорту. Допустим, тут какая-то ошибка, но тогда какая?

Подпоручик Яжембский опять глотнул коньяку, запил кофе и попытался мыслить логично. В конце концов, эти люди рассказали ему все и вправе теперь ожидать разъяснений от специалиста.

— Не знаю, — твердым голосом сказал он. — Могла произойти и ошибка. Если, например, они были уверены, что на обратной стороне гравюр налепили, допустим, фальшивые банкноты по пять тысяч долларов штука... Нет. такие купюры не стоит подделывать, трудно сбыть, каждую из них чуть ли не под микроскопом рассматривают... Ну, допустим, сотни, сколько там этих сотен могло поместиться...

— Ой, много! — вырвалось у Кайтека.

— Допустим, и много, но ведь их там не было?

— Не было.

— Выходит, ошибка. Разрешите еще раз обратить ваше внимание на факт, что я занимаюсь одним конкретным делом, я обязан распутать его, а для этого мне просто необходима та, вторая Хмелевская. Сами видите, без нее не разобраться. Вы и в самом деле не знаете, где ее можно разыскать?