Осторожно, двери открываются
- Автор: Вэйн Кэтрин
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Selfpub
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Осторожно, двери открываются». Краткое содержание книги:
История о трудностях творческих людей и чувствах, которых мы часто избегаем.
Содержит нецензурную брань.
– Не курю. Бросил, – выдохнул Юра и сделал шаг ещё ближе, сомкнув крепко зубы.
– Ах, ну да. Ты же тот самый распрекрасный художник. Точно, – танцор в кривой усмешке потёр нижнюю губу. Во рту сохнет, голова пухнет как от дикого похмелья, и пальцы непривычно сильно дрожат. И в телефоне неприятные вести.
"Его похоронят завтра. Думаю, после того как всё уляжется ты должен его навестить. Но в ближайшие три месяца этого делать не надо. Позже напишу, где его могила"
Лёша посмотрел с жалким выражением на лице и прикрыл свои глаза ладонью.
– Парень умер. Из-за меня. Хороший был. А я его не ценил. Тоже Лёша зовут. Танцор с перспективами в балете… Такая вот история.
Юра стиснул зубы сильнее. Холодно. Когда преступник сам сознаётся в своих деяниях. Жутко, что оставшись наедине с самим собой, от бреда или чувства собственного превосходства он станет тайное говорить малознакомым художникам из Свиблово.
Пришлось пнуть соперника в носок левой ноги.
– На каком этаже Таня? Номер палаты.
Лёша поёжился от грубоватого тона.
– Ты очень вовремя. Она только позавтракала.
– Я спросил, как мне к ней попасть?
Казалось, парень его совершенно не слышал. Не понимал. Снова удалился в свои собственные проблемы, зацепив немного и заморочки Тани.
– Сегодня день хороший. Знаешь какой? День рождения её мамы. Она погибла, знаешь, да?
– Это ты её заставил встать?
Лёша взглянул так, как смотрел на Таню там, в квартире на кухне. Когда она лежала на полу без сознания. В волосах кровь, она перемещалась медленно по лбу и вниз, вниз до самых губ. Страшно. Ужасно страшно, что в этот раз…
Переключение и с улыбкой танцор встал напротив, запустив руки в карманы.
– Цветы красивые. Розы. Ей никто никогда их не дарил. Возможно, Тане понравится. Когда-нибудь. Но не сегодня. Вали домой.
На мокрый асфальт были опущены пакеты, рядом на чистые ступени уложен аккуратно букет и в запястьях художника ломится всё. От нерастраченной ненависти. Он сделал ещё шаг, рассматривая сверху вниз, как ровно на два сантиметр стал ниже тот, кто неделями ранее казался выше на полголовы.
– Ещё раз: ты её заставил встать?
– Тебя в детстве не учили, что брать чужое не хорошо? Она такая спокойная была… До тебя.
Лёша шагнул назад. На ступень повыше. Безопасней всего говорить на таком расстоянии, когда кончик носа не грозится пробить глазные яблоки. Руки закрыли голову для защиты. Он не хотел, не мог исправить одну из дерьмовых ситуаций. Слаб, выжат, унижен. Не осталось ничего в момент и с этим надо что-то делать.
Но кто-то напротив замахивается рукой и с остервенением хватает за ворот мастерки. Юра дёрнул раз, дёрнул два ощущая как горячая ненависть покрывает грудную клетку изнутри и заставляет пальцы сжимать ткань крепко-крепко.
– Мне вот интересно, почему ты всё это делаешь? Сбиваешь её на машине, калечишь, а? Тот, кого она до сих пор сильно любит и не может выбросить из головы. Вот скажи мне, почему она любит, а ты её об асфальт, уже дважды? – Юра встряхнул соперника ещё раз, процедив сквозь зубы, – тебя сволочь убить мало за то, что ты так истязаешь её. Тварь…
– Не старайся, ей всё равно это никак не поможет. Ты опоздал со своими выводами ровно на сутки.
Юра поднял руку над носом танцора, но тут же смирно отпрянул от него, заметив на крыльце охранника. Да, узнай Таня про рыцарские разборки, она бы явно это не одобрила.
– Я опоздал. Года так на два, – художник отвернулся, сжимая пальцы в кулак, – скажи, ты сейчас испытываешь всё то же самое, когда…
– Нет, – Алексей закрыл глаза, – тогда я боялся в первую очередь за себя. Я думал как спасти себя и был уверен, что с ней ничего серьёзного не будет. Но сейчас я боюсь за неё. Боюсь, что она оставит меня, – в конце концов пришлось поднять голову и посмотреть на человека, который уже и не был конкурентом. Он был впереди танцора, занял его место. Теперь он обладает всем, и ты не обладаешь ничем. Театр, друзья, любовники, Таня все, в конце концов, остались за бортом. Лёша напряг пальцы и сжал собственное горло крепко. И правда, же никого не осталось. – Не забирай её, пожалуйста. Таня очень нужна мне.
– Чтобы ты продолжил издеваться над ней? Нет.
Юра приблизился к Алексею, чтобы дать, в конце концов, отрезвляющую пощёчину. Звонкую, крепкую. Заслужил.
Быстро художник взбежал по лестнице и, ориентируясь по надписям на дверях, следовал до палаты. Он заглядывал наугад в каждую палату и за каждой дверью опасался увидеть неприятное. Неприметная обычная больница, общая палата на четыре места и вот она, лежит с перемотанной головой, перебитыми ногами, сломанной рукой. Художник дёрнул дверь предпоследней палаты. Что если она потеряла память и он обязан теперь начать всё с начала?